Ловцы апокалипсиса. Тёмные владыки Абеллона

Святые булки мамонта, а я всё время думал, что это она, надрываясь, тянет за собой! Ведь я её не видел рядом с нами возле машины там, у храма, когда мы набивали автоматами, гранатомётами и прочими убойными игрушками рюкзаки.

– Уймёшься ты наконец-то! – Джина накинулась на Ловкача.

Гнев флоридки пошёл на убыль. Поспособствовало этому то, что град к её огромному облегчению прекратился.

Радость Лауллер и её друзей была недолгой. По небу тысячами извивающихся огненных змей заскользили молнии. Их мощь и ярость нарастала.

Сотканные из ослепительной энергии стрелы тьмы в сопровождении гулкого сотрясающего землю грома врезались во всё подряд. Огненно-синяя стена из бьющих одна за другой молний стремительно пересекла цветочное поле. После столкновения с землёй, они рассыпались мириадами бело-синих искр. От малейшего прикосновения с ними вспыхивали древовидные стебли вжавшихся в грунт цветов.

Пистолет, не обращая внимания на новые сюрпризы бушующей стихии, вызванной трубами Судного Дня, раскручивал стальную кошку. С гневным шипением она рассекала воздух изогнутыми острыми зубьями. Бросив взгляд на верхушку стены, он с силой метнул её вверх.

Стальная кошка, взмыв над высокой городской стеной перелетела через островерхие зубцы.

Техасец, удовлетворённый метким броском резко на себя, дёрнул верёвку, заставляя глубоко впиться в гранит альпинистскую кошку.

– Ребята ещё немного! – восклицал Бартол заканчивая «колдовать» над воздушной дорогой в город. – Ещё чуть-чуть и… вуаля, путь наверх открыт! – радостно вскричал он. – Клыки чёрного волка, живее взбирайтесь! – сделав оптимальное натяжение для подъёма, он крепко двумя руками держал нейлоновую верёвку. – Быстро вверх, а то ещё немного и от нас здесь останутся лишь одни обглоданные молниями оплавленные кости, над которыми будет витать запах сгоревшего мяса!

– Хоть и неприятно, но довольно точно, – согласилась с Гарри страстно увлекающаяся альпинизмом шоколадка.

– Я надеюсь, что за этой стеной меня ждёт ванна с тёплой водой и рюмка виски со льдом, – карабкаясь вверх, не переставал возмущаться Джим, злясь на весь мир из-за негостеприимной встречи за гранью времён.