Ловцы апокалипсиса. Тёмные владыки Абеллона

 – Да успокойся ты, мамонт недомерок, с гривой вместо шерсти! Тут и без тебя всё тело ноет да болит!

Три остальных коня, ощутив чудовищный запах также забеспокоились. После того как лошади смирились с ароматом Ловкача, Зара чтобы показать своим примером как правильно надо проходить полосу препятствий, с лёгкостью пушинки ловко вскочила в седло белоснежного скакуна, круп которого покрыт голубой бархатной накидкой с золотыми узорами и кистями. Пришпорив коня, она его пустила в галоп. Демонстрируя слаженность действий, играючись она на нём перепрыгнула три подряд тёмно-зелёных барьера из колючих кустов.

Гарри и Лауллер без малейшего колебания последовали примеру наставницы, показав неплохую технику прохождения препятствий верхом. Тем не менее, когда они демонстрировали своё умение, не всё у них прошло гладко. По очереди они делали одну и ту же ошибку, но на их счастье, на земле не оказались. Хотя вполне могли, ведь их лошади копытами цепляли верхушку кустарника. С трудом, но всё же, им удалось перемахнуть через все три живых барьера.

Когда пришёл черёд латиноамериканца верхом преодолевать препятствия, он с большой неохотой вскочил в седло не до конца успокоившегося жеребца, панически напуганного исходящим от его наездника грозящим смертью запахом. Не успел он комфортно устроить в седле многострадальную пятую точку, как конь неистово заржал. Пытаясь сбросить седока, он встал на дыбы. С помощью шпор, благого мата и истошных криков, летевших из горла подобно огненным бомбам из жерла вулкана, ему удалось успокоить жеребца.

К всеобщему облегчению Джим, наконец, неистово помчался вперёд. С ужасом он смотрел на то, как стремительно сокращается расстояние до высокого кустарника, неприветливо выставившего навстречу жёсткие ветви, усеянные крупными шипами.

Буланый скакун, несущий на спине дрожащего от страха всадника, которому казалось, что тот разогнался до скорости ураганного ветра, неумолимо приближался к препятствию.

–Ну, сделай это мой скакун, – шептал Ловкач, расширенными от страха глазами фиксируя последний метр до зелёного барьера.

Вор перед преградой невольно выпустил узду. Зажмурив глаза и пригнувшись к гриве коня, он крепко вцепился в неё дрожащими руками. Замерев, он с тревогой вслушивался в свист ветра да тревожный стук леденеющего от страха сердца.