Пленена по собственному желанию

Глава 2

Кристи

Сильные руки подхватили подмышки и рывком поставили на ноги. Я пошатнулась, как подкошенная осинка и начала заваливаться на бок. Кажется, не стоило останавливаться, не надо было давать организму передышку – он совершенно расслабился и обмяк.

– Иди-ка сюда, – раздался над ухом все тот же хриплый баритон. Меня легко, словно игрушечную, подхватили на руки, а после усадили на широкое бревно. – Вот так будет лучше.

– Угу, – согласилась я, кивнув.

Ноги ныли от ходьбы на каблуках по песку.

Боком я чувствовала жар, исходивший от его тела. Он тоже молчал – из солидарности или просто оказался неразговорчивым. Но это было именно то, что доктор прописал. Я бы не выдержала, если меня стали расспрашивать, почему шарахаюсь одна по пустынному пляжу.

Что-то булькнуло, по воздуху поплыл умопомрачительный аромат коньяка. Я машинально сглотнула, продирая пересохшее горло. Как же хотелось пить… Но не ползти же в сторону моря и не лакать из него, от соленой воды мне точно не станет легче Ее и без того предостаточно – в виде слез.

– Хочешь? – незнакомец протянул бутылку. – Я, правда, слегка простыл и чуть ли не впервые в жизни охрип. Но, думаю, пятилетний коньяк лучше всякого антисептика.

Я молча взяла предложенное. И, не рассчитав силы, сделала сразу три больших глотка. Закашлялась. В горле зажгло, точно хлебнула лавы прямиком из жерла вулкана. Из глаз брызнули слезы. Вообще-то я не любитель крепких напитков, разве что виски смешать с колой.

– Осторожнее, я не отберу, – раздался рядом беззлобный смешок. – Хочешь?

Мне протянули бутерброд с копченой колбасой – и это было самое вкусное, что я когда-либо ела. По крайней мере, за сегодняшний день. В последний раз еда попадала в мой желудок утром, в самолете.

Стало темнеть, подул с моря легкий бриз, даря долгожданную прохладу и остужая мое разгоряченное и зареванное лицо.

Незнакомец перехватил у меня бутылку, сделал глоток и вернул. Я последовала его примеру. В голове приятно зашумело – словно мозги расплавились, превратившись в маленькое море. Наконец-то мысли о предателе Артуре отступили, краски увиденного в отеле подстрелись и не доставляли столько боли.