Проклятье драконьей крови

А безумец захохотав, вдруг успокоился и совершенно адекватно спросил. – Вот только как вы из поселка уходить собираетесь, тут магия перехода не работает.

Альмир хотел что-то ответить и, замерев, озадаченно захлопал глазами, не зная, что ответить. Он действительно не продумал отход из поселка.

– А мы тебя развяжем и на улицу отпустим! – Предложила я, не веря в то, что говорю.

Альмир посмотрел на меня как на дуру, потом обдумал мои слова, и в его взгляде пророс маленький росток уважения.

– Да, я не только признаю твой долг уплаченным, я еще и отпущу тебя.

 – Произнес Альмир, и мы услышали еще более безумный смех собеседника. – Скажи, где атлас и путеводитель?

– Они в моей голове, тебе придется залезть ко мне в мою пустую голову, если не испугаешься! – Зловеще произнес он и, подмигнув мне, прошептал, – У меня в голове столько всего хранится! Имена заговорщиков и координаты тайны, и номера счетов всех, кто участвовал в заговоре. Император послал трех своих боевых магов, лучших из лучших, и они не смогли вернуться из темноты моего разума.

А ты сможешь?

Я, не веря в то, что делаю, подойдя к безумцу и присев на край кровати рядом с ним, погладила его по голове и напомнила:

– Если ты хочешь, чтоб она перестала петь, ты должен позаботиться о том, чтоб мой братишка вернулся, и с тем, что ему нужно. А иначе ты будешь слушать ее пение вечность. А я сделаю так, что ты проживешь максимально долго!!! Но если ты нам поможешь, я лично разрежу веревки и выпущу тебя туда, на улицу.

Там солнышко и ветерок, и воздух чистый и душистый.

– Солнышко душистое? – По детски спросил безумец и я, ласково улыбнувшись, кивнула, подтверждая, что солнышко там есть.

Безумец посмотрел на моего братишку и, хихикнув, согласно закивал и прошептал:

– Держись лунного света и красных роз и тогда ты дойдешь до тайника. Забирай оттуда все. Пусть это теперь будут твои тайны! Назад иди по синей звезде и белым розам.

Заржал как конь и фыркнув в мою сторону, вытянул губы так, как будто хотел меня поцеловать.

Я, слегка шлепнув его по губам, погрозила ему пальцем, и он захныкал и напрудил в штаны. Сморщившись, я отошла от него подальше, а братишка, наоборот, подошел к нему, и, встав на колени у кровати, положил руку на лоб безумца.

– Если я не приду в себя через десять минут, – сказал он, повернувшись ко мне, – убей меня и его и уходи. Вот тебе зерно перехода. Оно одноразовое и оно у нас на всякий последний случай.