Перекрёсток судеб

– А я повторяю, что нет его! – спокойно и уверенно ответила Акая и я восхитилась ее выдержке.

– Значит, он просто ушел с этих обжитых мест? – спросила ученица колдуна и добавила. – Он отсюда добровольно никогда бы не ушел, не дождавшись нас!

– Я не знаю, какие у вас были договоренности, но его тут больше нет, и я попрошу вас уйти с моего постоялого двора! – ещё более жестко ответила девушке Акая, а за ее спиной встал тот самый странствующий рыцарь, как бы показывая, что девушка находится под его защитой.

– Да я вас в порошок сотру! – зашипела Лёка, но Гор ее остановил.

– Не спеши, девочка, такие дела с наскоку не решаются, – насмешливо сказал он и перевел взгляд на Акаю. – Значит, ты тут теперь хозяйка, это даже хорошо. Легче будет узнать, где находится Сосуд.

– Какой сосуд? – спросила Акая, и я поняла, что Гор знает о потайной комнате и думает, что Акая тоже знает.

– Великий Сосуд, что по моим данным должен находиться тут, на вашем постоялом дворе. – ответил Гор и осмотрев всех в зале добавил, – Если я не получу Сосуд, я уничтожу вас всех, а потом заберу Сосуд.

Его взгляд остановился на явно перепуганных девушках, и он сделал один только шаг к ним и телохранительницы тут же вскочили на ноги и взмахнули руками. Над ними и девушками возникло сияющее голубым энергетическое поле. А рыцари и воины встали перед этим полем, защищая девушек.

– Мне нужен только Сосуд. Больше я никого не трону, – криво ухмыльнулся колдун и стукнул посохом о пол.

Один из солдат выронил меч и растерянно стал озираться по сторонам, он как будто не видел рядом стоящих товарищей. На лице его появилось сильнейший страх и он, заорав, бросился душить рядом стоящего купца. Началась суматоха. Лёка села на скамеечку у окна и со скучающим видом смотрела на то, как солдата с трудом оторвали от почти задушенного мужчины, и как рыцарь вынужден был ударить обезумевшего парня по голове, чтобы он отключился. А Гор в это время явно наслаждался суетой воинов.

Купцы пытались выскользнуть из зала через дверь, ведущую на задний двор, но она не открывалась, и все так и замерли возле нее, перепуганные и готовые устроить истерическую панику.

Один Захар не выглядел напуганным, он проскользнул ко мне на кухню и показал мне, чтоб я вела себя тихо и в зал не высовывалась. Я молча кивнула, показывая, что поняла его. А сам молодой кузнец взял самый большой мясницкий тесак и стал расколупsdать стену у очага.