Космическая сказка для демонов

Впереди шли знаменосцы со штандартами империи и среди тех, кто представлял империю, я с изумлением узнала штандарт самого Лир Рога, пресветлого хранителя печати императора и личного наставника наследника престола. Рядом с ним шла его племянница, высокая голубоглазая девица с шоколадного цвета волосами и с выражением лица, говорившем о ее полной и безысходной стервозности. Сам Лир Рог по прозивищу «Священная ярость» был высок, худощав и имел классические ангельские черты лица, а еще от него исходила странная энергетика, я такого никогда не испытывала.

На миг мне показалось, что мимо меня прошел не ангел, а кто-то более высший по происхождению.  Он, проходя мимо меня, слегка вздрогнул, а потом улыбнулся и пошел дальше. Я повернулась к Латрину и прошептала:

– Ты помнишь, как пройти в гостевые покои?

– С ума сошла? – изумленно спросил меня Латрин и на всякий случай потрогал мой лоб. – Ты в порядке, у тебя вид какой-то нездоровый? Если мы сунемся к «пернатым», твоя мать нас сама в жертвенный котел запихнёт!

– Я здорова, мы с тобой и так не жильцы, если мать узнает, что я видела «пернатого»! А поговорить мне с ним очень надо, – твердо сказала я и повторила вопрос, – так ты помнишь, как попасть в личные апартаменты гостей?

– Ладно, – вздохнул Латрин, снимая очки и убирая их в нагрудный карман, он всегда так поступал, когда собирался магичить по-крупному.

– Да хоть три мороженки, – ответила я ему и обняла друга, вокруг нас образовался черно-лиловый туман, он заискрил и подхватил нас.

В апартаментах было тихо, полумрак скрывал очертания мебели и разных предметов. Я подошла к окну и, аккуратно отодвинув плотную штору, выглянула в окно, небо уже затягивали тучи, и солнце перестало освещать просторную площадь. Народ расходился после приветствия делегации империи «пернатых», и я, вздохнув, повернулась к Латрину.

– Как думаешь, долго нам придется его ждать? – Спросила я у приятеля, который уже уселся в кресло и собрался поспать.

– Выспаться я точно успею, – меланхолично ответил он и прикрыл глаза.

Латрин всегда предпочитал спать или читать в моменты ожидания, если ему не удавалось уснуть, он начинал нервничать, придумывать жуткие картины последствий наших шалостей, и в результате доводил меня до эмоционального срыва. Поэтому я не стала его беспокоить, пока он спит, и его фантазия тоже спит.