Герцогиня тьмы

Увлекшись, я провела кончиком пальца по контуру шрама, отчего командор неожиданно вздрогнул и, обернувшись, посмотрел мне прямо в глаза. В первый миг он был готов убить меня, но его эмоции молниеносно сменяли одна другую, и я почувствовала что-то новое в его отношении ко мне.

– Это метка тракеза,– произнес он, будто извиняясь передо мной. Отвернувшись, он что-то скрыл от меня в потаенных уголках своей души, и эта двойная эмоциональность начинала меня раздражать, но на этот раз я готова была сдерживаться сколько угодно.

– Здоровые уродливые твари, – продолжал говорить командор, но я чувствовала, как он едва ощутимо прощупывает мою энергетическую защиту, ища слабое место. – Очень живучие, у них едкая слюна и язык, как у лягушек, они живут в мире Стело, и, как это ни удивительно, ими управляет женщина. Для нее они милые домашние зверюшки и очень хорошие помощники при охоте на сбежавших пленников. Однажды они охотились за мной, и я посадил одну из этих тварей на копье. Я был убежден, что она мертва, но стоило мне отвернуться, как её язык метнулся к моей шее.

– У Кобры тоже есть много шрамов, – вмешался в разговор полусонный Стил. – Но ее первый шрам появился не так эффектно. Сержант, занимавшийся нашей первичной подготовкой, всадил ей в спину огромный нож за то, что Кобра отказалась провести с ним веселую ночку.

Я всегда не любила, когда обо мне болтали так, как будто меня рядом нет, а тем более рассказывали вышестоящему начальству о моей личной жизни. И потому я готова была убить болтуна Стила.

– Заткнись! – прошипела я, но командор уже ухватился за эту тему.

– Так вот за что ты его убила! – смеясь, спросил герцог. – Оригинальный способ осаждать поклонников! Он знал об убитом мною сержанте, и, значит, просматривал мое личное дело!

– Ваша Светлость должны быть осторожны: наша Кобра имеет славу недотроги и зануды.

– Я сама выбираю себе партнеров, и замнем эту тему, солдат! Спать!– произнесла я, чувствуя, как иссякает моё терпение, и только что проснувшийся Стил мирно засопел.

– Иногда такое выкинешь, что аж самой жутко делается!– виновато улыбаясь, сказала я, старательно делая вид, что сама от себя такого не ожидала, а энергии было потрачено очень много.