Наедине с нежностью. Часть первая. Оля

– Простите, пожалуйста, вы не подскажете где ближайшая аптека?

Она шла впереди, не спеша, словно прогуливаясь, сверкая в свете фонарей от снега. На мой вопрос только покачала отрицательно головой.

– А телефонная будка?

То же самое.

– А как вас зовут?

Она остановилась, развернулась ко мне.

– Никак.

– Какое красивое имя… А что вы сегодня вечером делаете?

– Гуляю.

– С кем?

– Пока с вами.

– Вы не устали гулять?

– Честно?

Я, молча, кивнул головой.

– Очень.

– А-а-а – протянул я.

Золушка оживилась.

– Что есть предложение?

– Да. Я живу рядом.

– А вы не маньяк?

– А что похож?

Золушка, в тонкой светло-серой курточке, в чёрных коротких, чуть выше щиколотки сапожках и белой вязаной шапочке, выглядывающей из-под накинутого капюшона, оценивающе пригляделась ко мне, и неопределённо пожала плечами.

Я взял её под руку. Уже потом, когда я в подъезде отряхивал с неё снег, она как-то робко и нерешительно сказала:

– Может, я пойду домой?

Но меня уже несло:

– По такому снегу, среди ночи, в такую даль?.

Она очень продрогла: я, в прихожей, снимая с неё заснеженную курточку, заметил, что её знобило. Серо-зелёные глаза были так близко и так глубоки, что у меня на миг перехватило дыхание. Мелькнула мысль – не утонуть бы…

Присев возле её ног, расстегнул замки сапожек, легко потянул за каблук, освобождая одну ногу за другой, невзначай касаясь холодных коленей в колготах. Встал. Взяв под руку, повёл в зал. Я чувствовал её лёгкое сопротивление, но отнеся его к смущению, усадил её на диван.

– Пойду, сделаю поесть. Если озябли – вот плед.

Я собирался общаться долго и потому остановил выбор напитков на кофе.

– Вы какой кофе предпочитаете? «Кению» или «бейлиз»?

Она недоумённо глянула на меня и неопределённо пожала плечами:

– Растворимый, если можно, с молоком.

Уже в дверном проёме из зала в коридор, невольно оглянулся на свою гостью. Она, в голубом крупно-вязанном свитере, сидя на краешке дивана, плотно сжав колени под чёрной юбкой, с напряжением и любопытством разглядывала комнату.

Решив, что кофе вкусом ликёра со сливками может ей не понравиться, остановился на классическом – «кении». Прожужжала кофемолка, вспыхнул под туркой газ. Через некоторое время, поставив на поднос тарелочку с бутербродами, две чашки кофе, прошёл в зал. Там я увидел то, чего никак не ожидал увидеть.

Моя Золушка лежала на диване, подложив под голову плюшевого медведя, укрывшись пледом, и кажется, спала.