Ликвидатор. Тяжелый пепел

Визард двигался быстрее, чем это полагалось зомби, и это наводило на определенные мысли. Или зомбаки в этом мире были более шустрые, или, что более вероятно, Визард не погиб и ей предстояло сразиться с человеком, а не с мертвуном. О том, что ей придется убить своего мужа, вернее, его тело, Настя старалась не думать. Наоборот, она снова напомнила себе, что это Визард стрелял в нее, в то время как душа Колдуна в теле зверя пыталась ее спасти.

Настя приземлилась кувырком. Зажатая в руке труба громко звякнула при ударе об пол.

Настя выскочила из-за укрытия с оглушительным криком. Труба в ее руках описала широкий полукруг. Визард каким-то чудом успел среагировать на неожиданно возникшую перед ним опасность и слегка согнул ноги в коленях, уходя от удара возмездия.

Настю чуть не развернуло по инерции. Она заскрежетала зубами и снова замахнулась, вкладывая в удар кипящую внутри нее злость.

– Настя! Остановись! Это же я, Колдун! – Визард отшатнулся, в последний момент уходя от просвистевшего в воздухе чуть сплюснутого кончика трубы. Он выставил руки перед собой, словно желая показать, что не имеет дурных намерений, но Настя сразу раскусила его примитивную уловку. Конечно же, Визард хотел ошеломить ее, заставить сомневаться в правильности своих действий, а потом, когда она обмякнет, думая, что все уже позади, и заревет, как дура, завершить давно начатое, но так и не доведенное до конца дело.

– Врешь, гад! – крикнула Настя, рыча с досады. Она уже начала понемногу задыхаться, поскольку отчаянно размахивала трубой, надвигаясь на Визарда маленькими шажками. Правда, тот все время уходил из-под удара, словно играя с ней, как кот с мышью.

Отступая, Визард, сам того не подозревая, загнал себя в ловушку. Он пятился к профилированной стенке грузового контейнера, с обеих сторон окруженного препятствиями. При всем желании теперь ему было не убежать от жаждущей возмездия фурии.

Из огромных кусков бетона торчали ржавые прутья арматуры. Сильно перекрученные, они напоминали корявые ветви старого саксаула. Сверху на эту гору из бетона и железа ручьями лилась вода с наклонно свисающих обломков шиферной кровли и сыпал дождь.