Один лишний труп

Берингар прекрасно знал, куда он держит путь и как туда добраться. На вершине холма теснились лавки и дома мясников, но все они выглядели покинутыми, и нигде не было видно ни души. Ставни лавки Эдрика Флешера, самой богатой с виду, были опущены и оттуда, как и изо всех остальных, не доносилось ни звука. Никто и носу на улицу не высовывал, а если и высовывал, то только на миг, с опаской, и тут же прятался за закрытой дверью. Однако судя по тому, как выглядела улица, дома не подверглись разграблению. Берингар постучал в запертую дверь и, услышав, что внутри кто-то осторожно зашевелился, возвысил голос:

– Откройте, это я, Хью Берингар! Эдрик, Петронилла, впустите меня! Я один, со мной никого нет.

Отчасти он ожидал, что дверь так и останется запертой и единственным ответом ему будет гробовое молчание, и не стал бы винить хозяев за это, но, как ни странно, дверь отворилась и на пороге появилась Петронилла. Она просияла и бросилась ему навстречу с распростертыми объятьями, словно к своему спасителю. Петронилла постарела, однако оставалась пухленькой, цветущей и добродушной.

– Мастер Хью, вот уж не чаяла увидеть сейчас человека, на которого можно положиться.

Несмотря на ее доброжелательный тон, Берингар тут же смекнул, что она не вполне ему доверяет.

– Заходите, располагайтесь.

На зов женщины появился ее муж – рослый, румяный, сноровистый старшина цеха мясников.

Хозяева провели его в дом и заперли дверь на крепкий засов – Хью отметил это с одобрением. Берингар приступил прямо к делу, без проволочки, как и подобает влюбленному жениху.

– Где Годит? Я приехал, чтобы разыскать ее и позаботиться о ней. Куда отец ее спрятал?

Похоже, хозяева слишком увлеклись, проверяя, достаточно ли плотно закрыты ставни и не слышны ли снаружи чужие шаги, чтобы обратить внимание на его слова.

– Вас, наверное, преследуют? – с тревогой спросил Эдрик. – Вы ищете, где бы укрыться?

– Вы, наверное, были в замке? – заохала Петронилла, окидывая Хью беспокойным взглядом, словно опасаясь увидеть рану – как будто это его, а не Годит, нянчила она в свое время, тогда как на самом деле и видела-то всего два или три раза со времени его с Годит помолвки.