И приходит ночь

Боюсь, в том числе и в вашей. Я очень сожалею об этом.

– Ох, – тихо произнесла Рен.

– Что касается запрета на выход из поместья… Это отчасти из-за карантина, так как я бы не хотел, чтобы болезнь распространилась за пределы Колвик-Холла. Однако вы профессионал, и, если вам понадобится уйти, я с радостью дам свое разрешение. Я просто хочу знать, когда вас ждать дома, на случай если мне понадобится послать за вами. В это время года можно умереть не моргнув и глазом.

– Это часто случается?

– О да. Всего несколько лет назад у нас был несчастный случай на одной из моих вечеринок.

Лоури говорил обо всем этом так безразлично. Сколько трагедий здесь произошло? Хотя действительно имело смысл быть осторожной, учитывая все обстоятельства, Рен все еще не могла избавиться от чувства неловкости из-за всех этих правил.

– А комендантский час?

– Ах, это. – Лоури робко улыбнулся. – Боюсь, у этого пункта нет рационального объяснения.

– Конечно. – Рен тяжело сглотнула, ломая голову в поисках чего-нибудь еще, к чему можно было бы придраться. Однако она была гостьей в его доме, и Лоури оказал ей огромную услугу. Самое меньшее, что она могла сделать, – это проглотить гордость и придерживаться его нелепых правил во время своего пребывания в поместье.

– Пожалуйста, скажите, могу ли я сделать что-нибудь еще, чтобы успокоить вас? – От беспокойства между его бровями залегла складка. – Я понимаю, что здесь может быть холодно и мрачно. Я хочу, чтобы вы чувствовали себя как можно более желанной гостьей.

– Нет-нет. Вы ответили на все мои невысказанные вопросы. – Рен выдавила улыбку. – Что касается хода лечения, я дам свою первую оценку состояния пациента…

– Генри, – подсказал он.

– Точно. Я дам свою первую оценку состояния Генри завтра.

– Это будет идеально. – Лоури еще сильнее откинулся на спинку стула, убирая со лба кудри. Вот так, даже в пафосном наряде и при всем лоске, Рен могла видеть трещины в его маске. Он выглядел совершенно измученным – и было что-то еще. Что-то твердое, решительное и непоколебимое. Почти неистовое. – Повторюсь, я очень рад видеть вас здесь. Не думаю, что смогу выдержать хоть еще одну смерть.

Рен до боли хорошо понимала это чувство.