И приходит ночь

Я плачу вам недостаточно, чтобы обременять своим беспокойством.

– Все нормально. Я не возражаю.

– И тем не менее, пожалуйста, позвольте оказать вам более теплый прием. – Лоури вошел в комнату, драматично взмахнув плащом. Когда он приблизился к ней, она почувствовала теплый запах: кофе и пряности. Он напоминал то самое тепло позднего лета, которое слишком быстро исчезло. В шлейфе было что-то ледяное и немного цветочное, похожее на стерилизующие химикаты.

Он возвышался над ней, и, если бы не открытое выражение лица, она назвала бы его подавляющим, почти пугающим.

И все же она почувствовала, что волнуется. Его улыбка была похожа на воздушный насос. Он словно высосал весь кислород из комнаты. С поклоном он протянул ей руку.

– Алистер Лоури, к вашим услугам.

Рен приняла протянутую руку.

– Рен Сазерленд. Очень приятно с вами познакомиться.

– Взаимно. Не могу не сказать, как сильно я рад, что вы здесь. В последнее время это место стало таким одиноким и жутким.

– Могу только представить. – Рен нахмурилась.

 – Похоже, болезнь довольно серьезная.

– Если честно, я стараюсь не думать об этом. Целители предупредили меня, что я доведу себя до параноидальной лихорадки. – Он взглянул на книгу в ее руке и добавил: – Ах. Вижу, библиотека произвела на вас огромное впечатление.

Рен смущенно положила книгу на место.

– Верно. У вас весьма впечатляющая коллекция.

– Боюсь, это не моя заслуга. – Лоури обреченно обвел рукой библиотеку: все ее темные углы и таращившиеся чучела. – Хоть я и интересуюсь наукой, но все это досталось мне от отца.

Если бы он до сих пор был жив, я уверен, он бы возразил и назвал это место простоватым.

Никто бы не назвал его простоватым. В его распоряжении была почти вся коллекция медицинских и магических знаний. Если бы Рен могла свободно читать книги из этой библиотеки, она бы умерла счастливой.

– Ваш отец был ученым?

– О да. На самом деле в свое время он был довольно радикальным человеком. Он интересовался биологией магии. Я считаю его одержимость всего лишь завистью.

Он жаждал того, чего не имел. Такова жизнь.

Рен слабо представляла себе жизнь без магии. Родиться в стране без нее казалось ужасной участью. Несправедливой. Генетика керносцев снабдила их полностью функционирующим, но недоступным набором фолы. Биологическая энергия, которая производила магию, текла через них, но они просто не могли превратить ее во что-нибудь полезное.

– Что ж. – Рен прочистила горло, неуверенная в том, что стоит сказать.