У судьбы твои глаза

Уже трижды на этой неделе он закатывал истерики, вопя, что работа для меня важнее. Знал бы он, что ничего не может быть важнее в этой вселенной, чем он. Но как объяснить это шестилетнему ребёнку с проблемами, как у Криса, если я постоянно опаздываю?

Придётся снова просить о помощи. Непозволительная роскошь, которой я пользовался постоянно. Проигнорировав три пропущенных от миссис Вуд, я набрал номер Полин и почувствовал, как вина кислотой разъедает сердце. Но простое «алло», произнесённое тёплым, как парное молоко, голосом, согрело заледеневшее тело изнутри.

– Полин, ради бога, прости меня. Но я не успеваю за Крисом. Не могла бы ты забрать его?

– Не волнуйся, мой мальчик. Я всё сделаю.

И так было всегда. Порой, даже не нужно было просить о чём-то, моя тёща всегда спешила на помощь, как чудо-женщина. Только вместо золотистых лат она носила вязаные кардиганы, а вместо меча в её ножнах всегда было оружие куда мощнее – безграничная любовь.

Выдохнув весь кислород из лёгких, я позволил себе прислониться к подголовнику и на несколько секунд посидеть в тишине.

Если суетливый перекрёсток, наполненный гудением машин и гневными ругательствами водителей, можно было назвать тишиной.

Громкий стук всполошил меня и вывел из дрёмы. Как я умудрился заснуть за рулём посреди перекрёстка? Сам того не заметив, я прикрыл глаза, упустив момент, когда машины тронулись. Но ворчливые сигналы продолжали нарушать покой улицы. Только теперь я руководил этим паршивым оркестром.

Сбросив последние остатки сна, я повернулся на стук и увидел недовольное лицо мужчины.

Он упёр руки в свои мясистые бока и что-то отчаянно пытался донести до меня.

– Простите? – Переспросил я, опуская стекло.

– Ты совсем ополоумел?! – Теперь его голос отчётливо ворвался в глубину салона. – Какого чёрта ты остановился? Из-за тебя я опоздаю к ужину!

– Извините, я уже уезжаю.

– Говнюк.

Бросив свой нелестный вердикт, мужчина оставил меня в покое и вернулся за руль своего седана. Тронувшись с места, я почувствовал волну ненависти, поднимающуюся откуда-то изнутри.

Кто-то спешил домой, потому что опаздывал к ужину. Наверняка, его ждали жена и трое пухлых детишек, все в отца. А кто ждал меня? Больной ребёнок, уставшая тёща и пустая постель.

Часы на приборной панели показывали половину восьмого, когда я, наконец, сумел добраться до дома. Крошечный «форд фиеста» Полин уже остывал на подъездной дорожке к гаражу. В окнах горел свет, и силуэт хозяйки мелькал на кухне.