Тени под водой

Воспоминания о Грейс накатывали снежной лавиной, и ему приходилось как отчаянному лыжнику лавировать с горы вниз. Спасал лишь глоток алкоголя, жаром обжигающий все внутренности. Так воспоминания уходили. Так притуплялась боль.

Свет был слишком ярким и снайпером бил в лицо через тонкие занавески. Прожигал в нём дыру, как в теле вампира. Грейс. Его Грейс. Она бы была недовольна, видя, во что он превратился. И это ещё больше подстёгивало приложиться к горлышку. Он снова её разочаровывал, как делал это все шесть лет брака.

Там, в морге, Бену казалось, что до нереальности бледная рука Грейс схватит его за запястье. Глаза на опухшем лице распахнуться и воззрятся на него с того света. Её одутловатое лицо преследовало его по пятам, поэтому Бену захотелось воскресить образ той жены, что он помнил.

Взяв телефон, он стал листать фотографии. Семейные снимки с походов в кино, их поездки на велосипедах вдоль реки Сент-Клер. Той, самой, где Грейс поджидала смерть. Он слишком мало уделял внимания семье. На уме была одна работа.

Палец листал фотографии, пока не остановился на одной. Его любимой. На ней Грейс улыбалась, отчего лицо казалось ангельским. Вовсе не таким, как в морге. В глазах двоилось, но это не мешало видеть красоту женщины, которую он любил и которой пренебрегал.

Телефон снова завибрировал. От высветившегося имени по всему телу пробежали мурашки. Он смахнул звонок и снова почувствовал себя никчёмным лжецом. Через минуту пришло сообщение от того же абонента.

Где ты? Я беспокоюсь.

Всё из-за неё. Из-за этой стервы, которая появилась в его жизни. Он никак не мог порвать с ней, и вот теперь представился идеальный шанс. Он выскажет ей всё в лицо. Горе и опьянение отлично повышают смелость.

Отель «MurphuInn».

Через полчаса раздался стук в дверь. Бен успел прикончить вторую бутылку виски, закусив несчастным кусочком колбасы. Больше ничего не лезло в рот. Он кое-как скатился с дивана, рухнув на пустые бутылки. Те жалобно звякнули и покатились под стол.

Очертив кривую траекторию, Бен распахнул дверь и втянул гостью внутрь.

– Бен! Я переживала за тебя!

Её голос был так же противен, как и она сама. Высокий, писклявый, совсем ни как у Грейс.