Ребенок от брата жениха

Стэфан метко ударил кием по синему шару, после чего с негромким восклицанием победно усмехнулся, когда шар попал четко в лузу.

– Так девчонка хороша, сам говоришь, – сказал он, натирая кий мелом перед очередным ударом. – Может, Антон встал на путь исправления.

Я недоверчиво хмыкнул. Ага, как же! В двадцать три года самое время дичь творить.

– Мой тебе совет, Дэм: положи на это все большой… Черт! Промазал!

– Не могу, – я поднял глаза на Дицони, натыкаясь на проницательный взгляд разноцветных глаз.

– Знаешь, мне всегда нравились слова о том, что свободен лишь тот, кто может себе не лгать.

Прикусив нижнюю губу, я криво усмехнулся. Да, черт! Именно Стэф – тот, кто со мной прошел через такое дерьмо, что…

– Из всех, кого я встречал за много лет, она первая, кто мне по-настоящему понравилась, – неожиданно разоткровенничался я. – Только она одна из всех смотрит мне прямо в глаза так, словно я что-то значу и чего-то стою в этой жизни, понимаешь?

– Дэм, мужик, – начал Стэфан, но я мотнул головой, продолжая.

– Я так устал от того, что вижу эту боль, слышу ее, – вспоминая последнюю операцию в Ливии, скрипнул зубами. Я все еще ощущал конвульсии умирающего у меня на руках молодого парнишки, для которого эта командировка была первой… и последней. – Я устал от дорог. Я устал быть один.

Стэф кивнув, опрокинул стакан залпом, продолжая слушать поток речи, что буквально хлынул из меня, сметая все на пути.

– Устал от того, что надо скрывать, куда и зачем мы едем.

От этой ненависти людей друг к другу. Эта ненависть… Она похожа на осколки стекла в мозгу. Полосует раз за разом, тварь! Я, черт возьми, устал от того, что столько раз хотел помочь и не мог. Эта темнота выматывает и уничтожает изнутри, – я перевел дыхание. Перед глазами появился нежный образ Мии. – Она, как глоток прохладной воды посреди пустыни, понимаешь?

Стэф, в очередной раз приложившись к стакану с прохладным напитком, кивнул.

– Понимаю.

– Нееет, ты не понимаешь, – подавшись вперед, я порывисто произнес. – Я посмотрел на нее, она – на меня и что-то произошло. Это как… – я щелкнул пальцами, подбирая подходящие слова. – Это как смерть, но в хорошем смысле.

– Дэм, мужик, – Стэф сунул мне в руку стакан, наполненный до кроев пенным напитком. – Объезди ее пару раз и все как рукой снимет.

– Не прокатит. Она как эти… Как их там? Весталки.

– Русалки, может? – поправил Стэф.