Невинная для бабника

 Оказавшись так близко, что мне пришлось запрокинуть голову, он протянул руку и кончиками пальцев смахнул рыжий локон с моего лица. Я даже не доставала до его плеча. Раньше мне это нравилось, а сейчас все внутри кипело от возмущения.

«Каланча!» – зло обозвала его про себя, мысленно задрав гордо нос.

Парень поднёс руку к моему лицу и, нежно взяв за подбородок, сказал медленно, по слогам:

– Я ни в чем не виноват! И я не буду оправдываться, выкручиваться, что-то выдумывать и объяснять! – эти слова стали последний каплей в чаше моего терпения.

– Значит, ты считаешь, что я не достойна даже того, чтобы услышать…

– Мэдисон… – перебил Дэйм, не дав договорить, чем вызвал спектр далеко не радужных эмоций.

Обида, злость, раздражение разом нахлынули на меня, как холодные волны цунами. Впервые мне захотелось кого-то ударить, а затем разразиться рыданиями. Это вообще нормально, что так больно?! И когда закончится эта боль? В тысячный раз я пожалела о том, что осталась…

– Если ты считаешь, – прервала я его в свою очередь, – что я не достойна даже объяснений, то нам не о чем больше говорить, Дэйм Престон! – как можно более презрительно произнесла я, глядя прямо в его глаза.

Его адамово яблоко дёрнулось, губы скривились. На какой-то момент я с надеждой подумала о том, что Дэйм сейчас скажет нечто, что заставит меня поверить в то, что все это было подстроено и он ни в чем не виноват. Однако, брат Эйми промолчал. Его взгляд стал напряженным и каким-то угрюмым. Разве так выглядит человек, который раскаивается? Враки! И еще, совсем не так выглядят люди, которые ни в чем не виноваты.

– Послушай, Мэдисон, –  нарушил тишину Дэйм. – Неужели я не заслуживаю того, чтобы мне верить?

Я тяжело сглотнула ставшую вязкой слюну.

– Я слишком мало тебя знаю, чтобы безоговорочно верить просто одному твоему слову о том, что ты ни в чем не виноват! – бросив эти слова, я сама поёжилась от того, как они прозвучали. Словно мы поторопились объявить себя парой; будто я сама не готова к отношениям.

Дэйм дёрнулся как от удара. Мышцы на его щеке дрогнули.

– Вот, значит, как?! Знаешь, Мэдисон, я никогда не был паинькой – это правда! – глядя мне в глаза, парень продолжил: – Мало того, у меня было много девушек и даже взрослых женщин. Я не дурак, чтобы не отличить настоящие чувства от простой тяги…

Почти задыхаясь, я толкнула его в грудь. Мой мозг впитал лишь информацию про то, что девушек было МНОГО. По горлу растеклась противная горечь и разочарование.