Невинная для бабника

Для меня был болезненным не только факт измены, но и то, с кем он изменил! Мои рыжие волосы и невысокий рост, против фигуристой хищной красоты блондинки… Будто по лицу зарядили со всей силы унизительную пощечину! Но Эйми уговорила меня, что человеку всегда надо дать шанс, чтобы оправдаться.

Знакомые слова с самого моего детства. В голове словно послышался голос моего отца: « Когда человек свободно говорит о своих грехах, не заглаживает их, сокрушается, плачет, мы должны испытывать большое уважение к кающемуся и ценить искренность кающегося».

Я сжала кулаки, почти скрипя зубами. Нет, это не по мне! Не могу я так. Наверно, я плохой человек, но все слова отца проскальзывали мимо моего сердца, стоило лишь подумать о том, что эти двое вместе провели ночь. Это ужасно больно! О каком прощении может идти речь? Нет!!! Такое прощать нельзя! Но раз уж я осталась. В таком случае, выслушаю его оправдания. Конечно, это ничего не значит, просто для успокоения моей души. Знать, что я сделала все что могла! А затем швырнуть ему в лицо футболку с надписью «Девушка Престона» и выцарапать этому двухметровому красавчику его лживые голубые глаза.

Тяжело вздохнув, я отошла от окна, чувствуя внимательный взгляд подруги, которая стояла в дверях, наблюдая за мной.

– Как ты его… Обалдеть! Прямо взглядом убила. Почему я так не умею? – завистливо протянула Эйми.

Кончики моих губ грустно опустились, но я нашла силы подмигнуть подруге.

– С ним, кстати, сюда направляется Дастин, – сказала я, словно между прочим.

После этих слов подруга подлетела к большому, хорошо освещенному зеркалу и начала расчёсывать густые чёрные локоны.  В который раз я поразилась ее красоте. Настоящая модель!

– Мне все равно, – буркнула она, активнее водя щёткой по волосам, от чего пряди начали переливаться красивым блеском.

– Эйми! – посмотрев на неё, строго сказала я.

Брюнетка, бросив расческу на столик, вздохнула.

– Ну, ладно, ладно… Да, я рада, что он тоже пришёл! Я глупая, да? – спросила Эйми.

Прелестные глаза подруги, опущенные длинными черными ресницами, начали подозрительно блестеть. – Я все надеюсь, что есть какая-то причина, из-за чего он так себя ведёт. Если я узнаю – все решится, и мы будем вместе! – закончила она, заламывая руки.

Было очень тяжело видеть ее грустный взгляд. Только сейчас я начала понимать, как же на самом деле все это время было тяжело Эйми. Ведь она хранила на душе такую тяжесть. Одна, без поддержки.