Ребенок от босса

– Вам как обычно, Максим Мансурович? – прощебетала рыжая кукла Чаки с надутыми губами, заискивающе заглядывая моему спутнику в лицо. Крыса!

– Меню, – процедил Макс, давая понять, что не оставил без внимания ее пренебрежение моей персоной, – и побыстрее.

Осознав свой промах, администратор заведения, наконец-то обратила на меня внимание. Анастасия Викторовна, как гласил бейдж, выпрямилась так, как будто палку проглотила. В зелёных глазах девицы, окруженных веником наращённых опахал, без труда читалось желание угостить меня ничем иным как, приличной порцией мышьяка.

Еле справившись с эмоциями, Анастасия плавно указала рукой в дальний конец зала. Губы, подкрашенные малиновой помадой, на секунду недовольно скривились.

– Прошу.

Стоило опуститься на мягкий диванчик, как расторопный официант тут же положил передо мной кожаную папку, на которой красивыми золотистыми буквами было выгравировано слово «Меню». Как только молодой человек отошел, Максим настойчиво пододвинул ко мне прайс блюд кафе.

– Давай договоримся так, Ангелина.

Выбираешь сама нормальную человеческую еду или мне сделать выбор за тебя? – Максим приподнял бровь, с нескрываемым интересом наблюдая за тем, как мои щеки покрывает нежно-коралловый румянец, который сползал все ниже и ниже.

– Завтрак – это энергия на весь день. А то, что я видел… Ты впахиваешь у станка больше, чем я – здоровый мужик с гантелями, – впервые в голосе молодого мужчины, я услышала что-то похожее на уважение.

– Хорошо, – пролепетала в ответ, растерявшись от его завуалированной похвалы.

Даже пропало все желание перечить. На изучение меню ушла пара минут. Глаза разбегались от многообразия завтраков. Здесь были и каши с кусочками фруктов, и хрустящие тосты, и сырники с сахарной пудрой.

– Ммм, вкусно, – пробормотала, нанизывая на вилку ажурный блинчик с творогом. – Нам точь-в-точь такие тетя Люба в садике готовила.

Только сейчас, пробуя фаршированное чудо, я поняла, насколько была голодна. Даже руки слегка дрожали. Наверняка, сахар совсем низкий.

Расправляясь с порцией бекона на своей тарелке, Максим по-доброму усмехнулся от моего невинного в своей простоте заявления. Взгляд Грома резко изменился, когда я прильнула губами к стакану с морковным соком. Темно-синие глаза безотрывно следили за тем, как я облизнула остатки сливок с верхней губы. В отражении глаз мужчины легко угадывались далеко не невинные мысли. Порочный – вот какое определение приходило на ум, когда он смотрел вот так – пронизывающе.