Одержимость Драко

Как только я увидела, что совсем чуть-чуть осталось до дома, попросила его остановиться, не подъезжая к воротам.

– Я же под домашним арестом, – решила я пояснить свою просьбу. – Сказала, что делаю доклад у подруги, – уже хихикнула, видя удивленное лицо Эмира.

– Маленькая обманщица, – поддержал мое игривое настроение мужчина, приподняв криво уголок рта. – И часто ты обманываешь людей? – Эмир откинулся на сидение автомобиля, с интересом наблюдая за тем, как я поднесла букет к лицу и вдохнула его аромат.

– Да, часто, – ничуть не стесняясь, заявила я в ответ.

Слегка покачав головой, он будто не одобрил мой ответ, после чего вышел из автомобиля и, обойдя вокруг, помог мне выбраться из «ламбордджинни».

– Эмир!

Мне пока не привычно было находиться к нему так близко. От этого даже бросило в лёгкую дрожь. Он такой высокий. Рядом с ним я чувствовала себя совсем крошкой, а ведь я далеко не такая низкорослая. В Италии рост сто семьдесят сантиметров для девушки считается достаточно высоким.

– Я не смогу взять с собой букет, – тут же затараторила, чтобы парень не успел обидеться. – Подруга вряд ли подарила бы мне цветы, – виновато улыбнулась, бросая полный сожаления взгляд на сиденье, где остался лежать шикарный букет, из-за которого весь салон автомобиля наполнился чудесным, тонким, нежным ароматом белых цветов.

– Я понимаю, – мягко ответил Эмир, и сделал то, чего я от него не ожидала.

– Я о нем позабочусь не переживай, – подмигнул мне мужчина, – но ты обещай, что навестишь его.

– Обещаю! – кивнула я со смехом, думая о том, что только что мне намекнули на ещё одно предстоящее свидание.

– Тея… – словно зачарованный, Эмир не сводил взгляда с моих губ.

Один мой поклонник как-то сказал, что мои губы – само совершенство. Они и правда были красивой формы, пухлые, нежно-розового оттенка, постоянно слегка капризно надутые.

– Можно тебя поцеловать…? – этот вопрос прозвучал, скорее, как утверждение. Не дожидаясь ответа, Эмир склонился ко мне. Его губы впились в мои, заставляя их раскрыться под натиском настойчивого языка. По его телу прошлась дрожь, и он крепко сжал мои руки чуть выше локтей, сильнее прижимая к себе мое хрупкое податливое тело, будто впечатывая в живую гранитную плиту.