Мания Беса

Как только порошок исчезал на слизистой, я брала ещё и ещё, пока порошок плотностью не исчез из пакета. Он был совершено безвкусным.

Дядя, нахмурил брови и посмотрел на меня с выражением страдания на лице.

– Сильно противный? – наконец, спросил он, видя, что мое лицо остаётся спокойным.

– Нет! Не волнуйся. Через какое время он подействует? И как долго будет длиться эффект?

– Я так торопился и… – опуская голову, забормотал он в ответ. – Ничего не спросил! Катриэль, девочка, прости меня за все! – опять начал он молить о прощении.

– Дядя, пообещай мне одно! Не дай им сжечь меня, если уж и суждено мне умереть, то я хочу покоиться на своей родине.

– Перестань, Катриэль, что ты такое говоришь, девочка! – дядя Антон замахал на меня руками. – Все будет хорошо – вот увидишь.

Видя мои полные слез и отчаяния глаза, он вдруг очень спокойно произнёс:

– Я узнавал, у них не принято сжигать, не бойся, у них так же, как и у нас, хоронят в гробу. Все будет, как задумано! Доверься мне. Ты мне веришь? – он посмотрел мне в лицо своими добрыми карими глазами.

– Да, дядя Антон! – сказала я, лишь бы его успокоить, чтобы он не терзал так себе душу.

Дядя суетливо положил пустой пакетик обратно себе в ботинок.

– Ну, все, я пойду! Помни, что все будет хорошо! – напоследок сказал он, направляясь к выходу.

Уже у порога он обернулся, посмотрел на меня грустным взглядом и несколько раз постучал по деревянной двери. Она отворилась, и охранник отошёл в сторону, выпуская его из помещения.

Я присела на корточки, пряча свои руки в подмышки, чтобы хоть чуть-чуть их согреть.

А вдруг этот порошок вообще не подействует?!

Вдруг мне придется перенести все пытки, что приготовил для меня Драко?

Он ведь дал ясно понять, что не пощадит виновницу в смерти своего отца. Решив не мучать себя горестными раздумьями о том, что еще не случилось, я умудрилась даже вновь уснуть. Все же человек привыкает к любым условиями и адаптируется к ним.

Мне снился жуткий сон:

Драко стоит на площади, держа меня за руку.

Он крепко сжимает мою руку и тащит к сложенному из поленьев и хвороста помосту. У меня совсем нет сил сопротивляться, поэтому я, как тряпичная кукла, тащусь за ним, не поспевая за его широкими шагами.

Он подводит меня к огромному костру, что уже тянется ко мне жаркими языками пламени. Драко подталкивает меня еще ближе.