Связанные

Я по инерции продолжала сжимать край полотенца, смотря в стену перед собой.

– Правильно ли понимаю, что ты просишь меня о помощи?

– Да, мисс Проницательность.

– О-у, – покивала с усмешкой, – вот как… То есть мне помогать ты не стал, потому что это не твое дело, а меня просишь?

Забавно, не правда ли? Бумеранг вернулся по назначению и попал в темечко. Справедливость – штука жестокая, настигает внезапно.

– Моя просьба не влечет за собой проблем, а помощь тебе обернулась бы для меня ножкой от стула в заднем проходе.

Я ценю свою задницу.

– Пусть она тебе и помогает. Я арендую комнату, а не играю в театре имени Крейтона.

Дверь открылась шире, демонстрируя перманентно уставшее лицо.

– Злопамятная. Разрешу не платить за аренду два дня.

– Три.

– Два с половиной.

– Что? Это как вообще? Три дня, или обращайся за помощью к драгоценной заднице.

Крейтон уныло повел плечом и прикрыл за собой дверь.

– Одевайся и выходи.

Значит, договорились?

Удачно складывается.

Может и дальше подвернется удобное решение с жильем. Главное – плыть по течению, судьба сама подкинет необходимое.

– Сейчас?

– Да, – донеслось издалека, – они уже едут.

Они?

Перекрикиваться неудобно. Переоденусь и уточню, о ком речь.

Натянула единственную свою одежду и вышла с вопросом:

– Кто едет?

Крейтон сидел за столом на кухне перед планшетом. Окинул меня беглым взглядом.

– Душные предки, желающие сосватать сыну замечательную невестку.

– А… – вырвалось внезапно.

Кажется, я его понимаю. Даже больше, чем хотелось бы.

– Так и… как должно пройти наше представление?

Села напротив, положила кисти на стол.

– Убедительно. Представлю тебя своей девушкой, выпьем чаю, и они уедут довольные и счастливые.

– План железобетонный. А потом расскажешь, что мы трагически расстались?

Крейтон покосился исподлобья.

– Потом. Когда они оставят мысли о моем "несчастном одиночестве".

Забавно. И почему я до такого не додумалась? Впрочем, еще не поздно.

И даже кандидат на роль имеется. Я помогу Крейтону, он поможет мне. А если откажется – заставлю. Пригрожу, что расскажу правду его родителям.

Семейная тяга к шантажу.

– Называй меня Крей, не пытайся обнимать, предки знают, что я этого не люблю. Лучше молчи, чтобы не сказанула лишнего.

– Твою девушку с легкостью сыграет фонарный столб, – фыркнула я.

– Столб мужского рода, – невозмутимо подметил Крейтон.