Хранители. План игры

Хочешь, чтобы я палец о твою пластину отбил. Не дождешься. Только пендель, только с размаху мыском ботинка и только в очко, чтобы впредь неповадно было ездить мне по ушам. – Худя протянул руку: – Идет?

– Идет, – кивнул Кастет, скрепил договор рукопожатием и добавил, прежде чем приятель высвободил ладонь: – Но если я сказал правду, а в этом можешь не сомневаться, тогда я тебе отвешу пинка точь-в-точь по твоему рецепту.

Худя побледнел, но быстро взял себя в руки.

– Это мы еще проверим, кто кому пенделя даст, – сказал он нарочито бодрым голосом.

– С чего вдруг? – удивился Кастет.

– С того! Чтобы ты меня не обманул.

Худя протянул руку и требовательно пошевелил пальцами. Кастет пожал плечами, вынул из кармана куртки прибор и отдал напарнику. Тот затрещал липучками ремешков, меняя один наладонник на другой, и скинул с себя похожий на ранец плоский рюкзак. Первым делом убрал в него поврежденный ПДА, потом выудил из специального отсека налобный фонарик, нацепил на голову, но включать пока не стал.

– А ты чего тормозишь? – прикрикнул он, вдевая руки в лямки рюкзака. – Или у тебя глаза как у кошки видят? Доставай фонарь и топай вперед.

Кастет сделал, как было велено, щелкнул кнопкой включения и пошел за бегущим впереди желтым пятном.

Худя шагал за приятелем, не сводя глаз с тускло светящегося зеленоватым светом экрана. Перспектива огрести под зад ногой не радовала, но он и здесь нашел способ выйти сухим из воды.

Он не стал экспериментальным путем определять, как близко от ловушки Кастет почувствует ее присутствие. Исходя из предположения, что встроенный в ПДА детектор аномалий обнаружит опасный участок немногим раньше напарника, хитрец корректировал маршрут таким образом, чтобы Кастет держался подальше от деструктивов. Время от времени он поднимал взгляд, смотрел по сторонам, говорил здоровяку, куда повернуть, и снова утыкался в прибор.

Кастет даже не догадывался, как нагло и беззастенчиво его водят за нос.

Они добрались до места, когда луна величаво выплыла из-за горизонта. Призрачный свет заполнил собой все вокруг, странным образом преображая действительность.