Kill-Devil. И всюду кровь

Это далеко не первый человек, который пытается забросать его копьями, обозначая свою территорию, что чаще всего объясняется последствием пережитого стресса и своеобразной попыткой выразить накопившиеся эмоции. – Вы очень помогли нам. Мы обязательно изучим всю собранную вами информацию, но вынужден предупредить: вас все равно вызовут на официальный допрос, где мы более детально обсудим вашу работу, связанную с Робертом Андерсоном. Также убедительная просьба на время расследования не покидать город.

– И в мыслях не было, – буркнула Билли, крепко сжав в руке телефон, как эспандер. – От меня еще что-нибудь требуется или я могу идти?

Помедлив, Адам кивнул.

– Да, Билли, вы можете идти, – ответил он и заметил в стороне Лео, который, не дождавшись его наверху, теперь угрожающе шевелил бровями, красноречиво поглядывая на свои наручные часы. – С вами свяжутся мои коллеги для назначения даты проведения допроса, но прежде, чем вы уйдете… – Миддлтон достал из внутреннего кармана пиджака небольшую визитку из черного пластика и протянул ее Билли.

Кивнув, Билли отправила визитку в задний карман джинсов, молча развернулась и направилась к своему «мустангу».

Глядя ей вслед, Адам слишком крепко сжимал в руке картонный стакан, успев продавить его в нескольких местах.

– Надо приставить к ней наблюдение, – проговорил он, когда рядом появился взлохмаченный Лео.

– Думаешь, упорхнет птичка? – усмехнулся Холден, почесывая щетинистый подбородок, и скосил взгляд на смятый стакан в руке друга.

– Думаю, как бы охотник за головами сам не попал под прицел. – Как только «форд» скрылся за поворотом, Адам повернулся к Лео. – Полиция осмотрела остальные квартиры?

– Да, но процесс затянулся. – Холден пожал плечами. – Никто особо не горел желанием впускать копов.

– А Билли не заметила его, пока пряталась за машиной, – пробормотал Миддлтон и посмотрел на стакан в руке: сразу выкинуть или сначала сохранить номер?

– Вот что я называю многозадачностью, – хмыкнул Лео с хитрой улыбкой, но, когда Адам смерил его хмурым взглядом, тут же придал своему лицу самое невинное выражение. – Что? Я не осуждаю – как раз наоборот.