Нетвой

Потому что у нас с ним пропасть в общении, слишком большая разница в возрасте, а для своих детей я другом быть хочу. И в двадцать два уже можно об этом думать, как раз к двадцати пяти обзавестись первенцем, почему нет? И вот этот вулкан в груди, который при виде Ольги Сергеевны бушует, он дает надежду на то, что все получится, что я тоже живой человек и любить вообще-то умею, а не только трахаться, как Даша считает.

Рыжая еще… Выгнал ее, а теперь на душе тошно, хер пойми почему. Надо позвонить и извиниться, наверное.

Бабушка бы сейчас хмыкнула и сказала, что я становлюсь человеком. Ядовитая женщина была, но справедливая.

– Но номер свой не оставила, – делюсь с друзьями. – Бреет меня, хоть ты тресни…

Бреет, а еще гоняет, как школьников провинившихся. Но, честности ради, не рычит, как позавчера. То ли мои слова на нее так подействовали, то ли еще что-то, но она заметно смягчилась к нам. Не в тренировках, правда, но это правильно. Может, рельеф сильнее прорисуется от таких нагрузок, как раз на сборах можно будет похвастаться, девчонки любят кубики.

– Давайте еще подход на турниках и сделаем растяжку.

– Вы не шутили, что ли, Ольга Сергеевна? – удивляется Серега.

– Не шутила, конечно. Вон Ковалев без растяжки шею потянул, – кивает на мои тейпы, – тоже хотите так?

Мягкая. Так еще сильнее нравится. Тает лед, тает!

Растяжка… это издевательство.

Во-первых, это пипец как больно. Во-вторых, Кроха ко всем нам наклоняется, то упражнения показывая, то подходя и контролируя технику, а вырез на ее майке… сука! Какая растяжка со стояком? На живот лягу, газон проткну, можно будет в гольф играть.

– Ковалев, если так напрягаться во время растяжки, можно порвать мышечные волокна, связки, потянуть сухожилия и проваляться дома несколько месяцев на реабилитации.

Головой качаю. Не хочу, конечно, что за вопросы, дома Ольги Сергеевны нет, мне сюда надо, тут быть!

– Вот не хотите если, то расслабляйтесь, – она становится сзади, надавливая на мою спину, пытаясь меня в складку сложить. А я деревянный! Не могу расслабиться, когда она рядом, мышцы – камень. Сижу на газоне, почти не сгибаясь, и сделать ничего не могу.

А Кроха не помогает вообще.