Будь моим отцом

Обратилась к православному психологу. Изумительная женщина – глубоко верующая, мудрая. Помогает ей терпеть…

– Только терпеть? А пеленки стирать? Коляску таскать? В магазине отовариваться? Деньги зарабатывать? Кстати, бесплатно помогает?

– Представь себе, бесплатно. То есть, конечно, можно оставить пожертвование. Но не ей в карман. Умоляю, не набрасывайся ты на церковь. Там все не так, как у нас. И не нам, грешным, их критиковать. Ты не суди, да не судима будешь, – попыталась унять воительницу Елена Алексеевна.

– А ты возвращайся к нормальному мышлению, ладно? Забыла, как это делается? Анализ, синтез, сравнение, абстрагирование, обобщение… Не надо со мной цитатами общаться. Эти слова запрещают выносить приговор и тем более приводить его в исполнение. Они направлены против кровной мести, принципа «око за око, зуб за зуб». Но не против этого самого – анализ, синтез и так далее. Я высказываю свое мнение о поведении недоразвитого сопляка. Заметь, не утверждаю, что он безнадежен. И не собираюсь его казнить лично, – заявила Алла Константиновна, что при ее тяжелой руке было немало.

– И все равно не говори об истинно верующих дурно, – уперлась Елена Алексеевна.

– Помню, помню: «Кому Церковь не мать, тому Бог не отец». Тогда – вперед! Перевези Светлану к себе, скажи: оттрахалась свое ради деторождения, хватит. И молча расти внука. Упроси зятя вернуться в пустую квартиру. Что ж он, бедный, в чужом углу икону лобызает, когда семья помещение освободила. Надоумь дочку отказаться от подачки мужа – пусть он нищим раздаст.

А лучше опустит в ящик для пожертвований – священникам виднее, как деньгами распорядиться. И главное, обе молитесь, чтобы Артем скорее оказался в монастыре. Помогите ему душу спасти, может, и вам на том свете зачтется. Только сообщите мне, дождались ли благодарности Егора, когда он вырастет, в университет поступит. Хотя чего ее ждать? В семинарию мальчика, по отцовским стопам.

– Алка, перестань ерничать. Душу же рвешь. Мне Светочку так жалко. И Егорушку.

Что делать? – Запредельная усталость в голосе подруги могла остудить и нечто более раскаленное, чем Алла Константиновна.

Та умерила пыл и заворчала:

– Как что? Направить к хирургу, исправить оперативно, если консервативное лечение не дает результатов.

– Слушай, это уже пошло и грубо! – вскочила с дивана побледневшая Елена Алексеевна, расплескивая компот.

– Сядь, – испуганно потребовала хозяйка. – Ты о чем подумала? Совсем больная! Я пошутила.