Разрушенная

Выдохнув и немного успокоившись, что все проходит нормально, я снова вернулась к себе.

Игорь замер посреди комнаты и сердито смотрел на постер с Димой Биланом возле моего письменного стола:

– Он тебе нравится?

Я стушевалась в ответ и покраснела.

– Эм, да.

– Интересно, – задумчиво пробормотал он, снова переводя взгляд на меня, будто оценивая и рассматривая еще раз.

– Может, чаю? – Спросила, пытаясь перевести тему в более безопасное русло и нарушить тяжелое молчание, повиснувшее между нами.

– Нет, – ответил он и, взяв меня за руку, потянул на себя, – иди ко мне.

Стоило мне оказаться в его объятьях, как он поднял мою голову за подбородок и настойчиво поцеловал.

Начал двигаться вместе со мной в сторону, я сначала не поняв, куда он идет, что-то мычала в его губы, пока он не опустился на диван и, не выпуская меня из объятий и не разрывая поцелуя, потянул к себе на колени. Он просто хотел сесть.

Я задыхалась от интенсивности поцелуя, а после и от откровенности ласки.

Игорь, не стесняясь и не прекращая терзать мои губы, запустил руку мне под кофточку и легонько сжал грудь, чем вызвал сдавленный стон.

Я горела в его объятьях, не останавливала руки, смело путешествующие по моему телу, а когда парень отстранился, я чувствовала, как капельки пота стекают по спине. Было жарко, горячо, хотелось ерзать на его ногах от дискомфорта между ног. Я знала, что это за дискомфорт, чувствовала, как влажны трусики от его прикосновений и поцелуев, поэтому, чтобы хоть как-то утихомириться, когда он отстранился от меня, давая свободу, я высвободилась из его объятий и встала.

– Ты куда? – Спросил недоуменно, я в ответ покраснела и сказала тихое: «жарко», ведь действительно так и было.

Игорь усмехнулся, уже тогда это были его маленькие победы надо мной и моим телом. Он ликовал.

Я аккуратно сняла кардиган, чувствуя пристальный и внимательный взгляд парня, но старалась не смотреть на него, а на стул, на который и повесила снятую вещь, но встретившись с ним взглядом, снова покраснела.

Он не смотрел – раздевал, а в глазах пылал голод, тогда я еще не знала, что это был за взгляд, поэтому спрятала глаза, чувствуя себя неловко из-за такого неприкрытого внимания, а когда опустила голову, поняла, почему.

Кружевной лифчик и тоненькая маечка не скрывали моих возбужденных сосков, и я, увидев, как чувствительные горошины проглядывают сквозь одежду, пожалела, что сняла с себя своеобразную защиту.