Греховное падение

Он бы подумал, что я больная, и в итоге еще бы обиделся на мой бредовый лепет, поэтому уйти на время, что бы привести себя в норму, было выходом. Но вместо того, чтобы собраться, я, наоборот, целый день анализировала, думала. На меня это не было похоже, я никогда не любила такие вещи, а уж тем более боль. Как я могла во сне так реагировать? Как могла этого желать? И что самое ужасное, я еще и продолжила наяву – в ванной, представляя мужчину из сна, его руки, даже его член, вместо того, чтобы вспоминать с ужасом ночь.

В итоге я целый день была несобранна, все время отключалась от происходящего в офисе, витая где-то в облаках, ведь перед глазами то и дело всплывал его взгляд, его черные омуты, затягивающие в свои темные глубины.

Дэвис, заметив мою несобранность, отправил меня к врачу, сказав, что я, наверное, заболела. А я, садясь в машину и направляя ее домой, а не в больницу, как обещала дяде, думала, что он в чем-то и прав, ведь я сходила с ума.

Я думала, что смогу выбросить воспоминания из своей головы, забыть сон и свое предательство, но мне это не удалось ни в этот день, ни потом, ведь незнакомец стал сниться мне постоянно, не через день, не периодически, теперь он снился каждую ночь. Я не могла понять, почему и как такое возможно… но так происходило, а любые попытки совладать со снами – тщетны.

Один мимолетный взгляд, и я не могу выбросить из головы его образ.

С каждым днем я все дальше отдалялась от Бена, гложимая виной, что не он в моих снах. Я ограждалась от него, выстраивая стену, задерживаясь на работе даже тогда, когда не было необходимости. Дэвис лишь поощрял мою инициативность, а Бен каждый раз злился, но вздыхал, принимая действительность.

О походе в «Темную ночь» мы больше не говорили, закрыв тему раз и навсегда в тот же день. Бен ясно дал понять, что это не его, а я думала, что это не мое, если бы не сны и образ незнакомца, прочно поселившийся где-то на подкорке подсознания. Возможно, я бы даже смогла вычеркнуть это все из своей жизни, но… Я не могла, как ни пыталась.