Над пропастью

Дело ведь не только в деньгах. Это залог спокойного будущего, твоего, в первую очередь.

– Пап, я не вернусь, я все сказала.

– Что значит, не вернешься? Я тебе никогда ни в чем не отказывал, любую твою прихоть выполнял, будь то танцы или музыка, твой гардероб был заполнен последними трендами и новинками. Ты привыкла жить хорошо. Думаешь, Кирилл сможет соответствовать твоим запросам?

– Мне это не важно. Может, я люблю его?!

– Это ты сейчас так говоришь. Пока у тебя еще не закончились деньги, которые я, кстати, тебе дал.

А что ты будешь делать после? Или ты думаешь, что твоих карманных денег хватит надолго?

– Не все сводится к деньгам, пап. И вообще у меня есть трастовый фонд.

– Которым ты не можешь распоряжаться.

– А вот и смогу, после того, как мы распишемся, – папа смотрит на меня удивленно, как будто впервые меня видит, явно не ожидая такого поворота.

– Ты не сделаешь этого.

– А вот и сделаю, лучше уж выбирать самой, чем по чьему-то указу.

– Ты это назло мне хочешь, да? Ты сама не понимаешь, что творишь, а потом еще сто раз пожалеешь.

Ты ведь ничего о нем не знаешь.

– Узнаю в процессе, и, раз ты так хочешь, чтобы я вышла замуж. Я выйду, но за того, кого выберу сама.

– Лер, ты совершаешь большую ошибку. Одумайся.

– Я уже ее совершила, мы вчера подали заявление в загс.

Я блефую, но как мне еще отстоять свою точку зрения, чтобы он понял? Я никогда не соглашусь на то, что он предлагает.

Он собирается еще что-то сказать, но в комнату заходит Кирилл. А дальше все происходит, как в ускоренном диафильме.

Отец набрасывается на него и заезжает ему в лицо кулаком. Я бросаюсь к отцу, пытаясь вразумить.

– Пап, остановись, что ты делаешь? – Кричу.

Отец не обращает внимания на меня и, отталкивая, выплевывает:

– Я не позволю щенок, только через мой труп.

Кирилл, вытирая уголок губ, на котором выступила кровь, усмехается.

– Мы можем это организовать.

Отец еще раз замахивается, но его кулак останавливает рука Кирилла.

– Только попробуйте еще раз поднять на меня руку, последствия могут вам не понравиться.

И вообще, вы задержались здесь, советую уйти, вы злоупотребляете гостеприимством.

Отец убирает свою руку, разворачивается, смотря на меня, потом переводит взгляд на Кирилла, а я прикрываю рот ладошкой, на глазах стоят слезы, которые отчаянно пытаюсь сморгнуть, никогда не видела отца в таком состоянии.

– Если ты думаешь, что я оставлю все как есть, то ты ошибаешься, – выплевывает отец, сузив глаза.