Игральные кости

Что дальше? И кто останется в живых, если спустить собак и дать волю своей ненависти?

Убийство ничего не решало – оно только влекло за собой новое убийство, и еще, и еще, и еще…

Он помнил то, о чем многие забыли – или сделали вид, что забыли, ведь проще было обвинять кого-то другого, чем искать паршивую овцу в собственном стаде. Но Карри помнил, что есть предатель. Тот, кто сдал оба клуба копам. Он хотел его вычислить. Ведь сейчас эта тварь до сих пор разгуливала на свободе. Свое расследование Карри вел тайно, но пока не сильно продвинулся.

Брэдли очертил черным маркером границу на карте Сакраменто и хлопнул по столу ладонью:

– Это территория нашего клуба и нашей торговли.

Джонни нерешительно указал на попавшее в закольцовку место:

– В этой точке «Гиены» часто передавали свой товар покупателям, и ты это знаешь, Брэдли.

– Мне насрать, – отрезал президент. – Передавали – больше не будут. Эта точка была территорией «Демонов» еще во времена первого президента.

Джонни вздохнул и промолчал, но за него вступился Карри:

– Зачем принимать такие поспешные решения, отец? Мы много раз пытались установить границы, и всегда все заканчивалось очередным мордобоем.

– Боишься разбить свое красивое лицо? – иронично заметил отец, и Карри скривился.

– Боюсь снова разбить себе сердце. По-твоему, смерти Эрика недостаточно?

– Это только начало.

– Вот именно, если мы опять устроим бессмысленную дележку территории.

– Мы пытались решить все мирно – не вышло.

– Плохо пытались.

– И что ты предлагаешь, сынок? – Брэдли поднялся с кресла, упираясь кулаками в разложенную на столе карту и глядя на старшего сына.

– Взять себя в руки, для начала, – ответил Карри.

– А что потом?

– А потом подумать.

– О чем? – Брэдли усмехнулся, послышалось и еще несколько смешков.

– О том, как мы можем защитить себя и друг друга.

Собрание закончилось спустя еще час – никаких результатов оно не принесло. Президент предлагал провести четкую границу и защищать ее, пресекая любые попытки «Гиен» вломиться на чужую территорию. Большая часть действующих членов клуба – семнадцать из двадцати пяти, – его поддержали. В оппозиции оказались Карри, Джонни, Лысый и еще несколько человек. Остальным их доводы показались неубедительными.