Кричи громче

Девочке вообще не положено дружить с мальчишками. И не смотри на меня так. Я уже объяснял: Бобби – злой. Он обижает тебя, не любит, тебя никто не любит, кроме меня, и…

– Ба-Ма любит… – прошептала Робин.

– Что-что?

– Ба-Ма любит меня.

– Дуреха малолетняя, что ты понимаешь? Если бы не я, тебя бы давно выкинули, как пустой мешок картошки! Эй! Что ты там стоишь? – закричал старик в мою сторону.

Смутившись, я вышел на улицу. Сестра воспользовалась моментом и проскочила под ногами деда, побежала на кухню.

– Пора взрослеть, Робин!

Вам это кажется смешным, не так ли? Зачем взрослеть пятилетней девочке? Не нужно так активно мотать головой, я вижу, что вы не согласны. Да, я такого же мнения. Почему некоторые так стремятся отнять у нас детство? Когда еще мы можем позволить себе быть безрассудными и мечтать о приключениях?

Я залез на велосипед и немного отъехал от дома, затем спрыгнул на землю, подкатил его с обратной стороны дома и стал ждать. Через несколько минут я решил, что Робин не придет, и тихонько позвал ее.

– Ну чего ты так долго? – возмущался я.

– Ты меня обманешь, Бобби? – жалобно спросила она.

– Нет. Зачем мне это?

– Деда говорит, ты злой.

– Он козел. Спускайся сюда.

– Поклянись.

– Я клянусь, Робин. Спускайся, не дури.

Она внимательно посмотрела на канат из постельного белья. Никак не могла решиться.

– Представь, что ты пират, который бежит с корабля, – начал подбадривать я.

– Сейчас-сейчас…

– Давай, пираты ничего не боятся!

Она вылезла в окно, как за борт, и, не смотря вниз, аккуратно спустилась по веревке, используя ступеньки из узлов. В конце соскользнула, но мне удалось ее поймать. Робин, надо отдать ей должное, не издала ни звука. Представляю, как ей было страшно.

Я посадил ее на заднее сидение, дал указания, как держаться и за что ухватиться, и мы отправились в путь.

– Вперед, пиратка Робин! – крикнул я навстречу ветру.

Сестра смеялась, снова став прежней Робин. Я ехал вдоль деревенской дороги, крутил педали все быстрее и быстрее в надежде напугать ее, но она только радовалась. В тот момент мы были двумя свободными сельскими птицами, но… знаете… не такими, как курица, а скорее лебедями. Взлетали высоко в небо… а ведь все знают, что с высоты больнее падать. Но нам было все равно.