Романтическая неделя с шафером

Недолго думая, Лола запрыгнула на заднее сиденье и устроилась рядом с Новак, оставляя переднее пассажирское сиденье для Харпер.

– Доброе утро, дамы, – сказал Кормак.

– Привет, Мак, – пропела Лола. – Спасибо, что согласился нас подвезти.

– Сочтемся. Харпер?

Харпер пыталась понять, как попасть в эту проклятую машину, ведь на двери не было никаких ручек. Кормак открыл дверь изнутри.

С улыбкой, которая больше походила на оскал, она скользнула на кожаное сиденье, нагретое солнцем. Легкий бриз играл с ее волосами, пока они не прилипли к губной помаде.

Она чувствовала взгляд Кормака, который прожигал ее насквозь.

– С тобой все в порядке? – спросил Кормак с улыбкой.

Харпер повернулась и посмотрела на него, чтобы увидеть, как он указывает на ее сумку, которую она держала у груди, словно защищаясь. Затем она поставила ее под ноги.

С усмешкой Кормак включил скорость и выехал по подъездной дорожке к воротам.

– Хорошая машина, – заметила Харпер.

– Хорошая? – Протянул он и погладил приборную панель.

 – Это оригинальный синий металлик 1953 года Sunbeam Alpine Mark I. Ты могла бы сказать что-то получше, чем просто «хорошая».

Да, могла, но не захотела.

– Напоминает мне машину из одного фильма. С Грейс Келли и Кэри Грантом.

– Ух ты! – воскликнула Лола с заднего сиденья. – Дорогая, ты даже не представляешь, что ты сейчас сказала.

Харпер бросила взгляд на сестру. Потом на Кормака, который опустил очки на нос и смотрел на нее так, словно только что заметил.

– А что? Что я такого сказала?

– Он помешан на фильмах Хичкока.

Одержим ими!

– Точно. Новак. – Харпер указала большим пальцем на собаку, которая помахала ей хвостом.

Лола застонала.

– Бедный парень, он верит, что именно эта машина использовалась на съемках фильма «Поймай вора».

– Неужели? – сказала Харпер, не в силах скрыть своего интереса.

Действительно ли Грейс Келли сидела в этом самом кресле? Нет, насколько она помнила фильм, актриса была за рулем.

– Доказать это невозможно, – заметил Кормак, – но исследования, которые я провел, заставляют меня поверить, что эта версия вполне жизнеспособна.

 – Затем он снова посмотрел на нее, его глаза сузились. – Только не говори мне, что все ложь.

– Я не очень верю в сказочные концовки.

Кормак прижал руку к груди, напротив сердца, как будто испытал боль.

– Сочувствую тебе. Я искренне в это верю.

И он вернул очки на глаза и замедлил ход машины, так как они оказались перед воротами поместья Чедвиков.