Ледяная кровь

Я стояла в стороне, и мне хотелось сделать что-нибудь еще.

Подошедший мужчина сурово взглянул на меня, сдвинув кустистые брови, его круглое лицо перекосилось. Я узнала его – он устраивал для меня ванну вместе с сестрой Пастель на следующий день после моего приезда.

– Ты прошла сквозь огонь. Ты – Огнекровная!

Страх сковал тело и сдавил горло, в голове билась только одна мысль – бежать.

– Она такая же беженка, как и другие, брат Лэк, – сказал Аркус, покинув брата Тисла и приближаясь к тому месту, где я изо всех сил пыталась устоять.

Я взглянула на Аркуса. Неужели он защищает меня?

Брат Лэк повернулся к нему.

– Она представляет опасность для аббатства и для всех, кто в нем находится. Он произносил слова, как будто вбивал гвозди в дерево.

– Она – Огнекровная и, кроме того, преступница. Когда вы привезли ее, у нее была цепь на лодыжке. Я сам видел!

– Она преступница не больше, чем любой другой из тысяч несчастных Темпезианцев, которые пытаются защититься от нападок.

– Лучше подумай о гневе короля, который обрушится на нас, когда преступление будет обнаружено, – не уступал брат Лэк.

Наполненный негодованием слабый голос раздался за его спиной:

– Вы забыли о цели нашего ордена? Мы исцеляем больных и даем кров гонимым.

Все придвинулись к месту, где лежал пришедший в себя, но еще слабый брат Тисл. Он попытался чуть-чуть приподняться и сразу закашлялся.

Аркус присел на корточки и осторожно взял его за плечо.

– Спокойно, не торопись, мой друг. Ты надышался дымом.

Брат Лэк продолжал смотреть на меня так, словно я была гадюкой, готовой ужалить его.

– Возможно, ее есть за что преследовать. Возможно, боги наказывают ее за грехи. Я, между прочим, приехал с юга. Я знаю людей Огненной Крови. Они опасны и ненадежны, они могут легко предать, им наплевать на ценности, которые дороги нам.

– Вы забываетесь, – предупредил брат Тисл, тяжело дыша.

От его обманчиво мягкого тона у меня по коже пошел мороз.

– Ее единственный грех – то, что она родилась с Огненной кровью. Но разве это грех?

Он закашлялся и затем продолжил.

– Если сострадание настолько претит вам, возможно, вы не так уж преданны принципам нашего ордена.

– Я не так уж предан? Я всю жизнь посвятил ордену и лишь предлагаю сохранить чистоту этого святого места. А вы привели Огнекровную…

– И помните, – тихо проговорил брат Тисл, – я решаю, кому здесь находиться.