Настойчивый

– Да кому ты нужен, Терренс?! – Винни пьяно падает на сиденье сзади, откидывает голову назад и глубоко вдыхает воздух.

– Не блевать, детка. – Она резко делает выпад, и ее тело появляется между сидений.

Маленькая попка, облаченная в черные трусики, зависает перед моим лицом, стоит мне немного придвинуться, и я окажусь между ее ног. Винни лезет через сиденья. Громко откашливаюсь и подталкиваю ее, чтобы она наконец прекращала вертеть передо мной этим местом. Винни ударяется головой в лобовое стекло, затем изгибается и плюхается на соседнее кресло.

– Тебе Карина звонит. – Я с трудом отвлекаюсь от нее и проворачиваю ключ зажигания. – Значит, есть подружка?

– Есть, – сухо отвечаю я, давлю на педаль газа. – Я помню твой адрес, отвезу домой.

– Я больше не живу там, – девушка, прищуривает свои глаза. – Хорошо, что пароль все тот же… Я могу позвонить?

Она снова и снова скидывает вызов Карины, продолжает лазить в моем телефоне.

– Я вообще душка. Пароль менять не было надобности, его знала только ты, – она хмыкает, и я решаю добавить: – Ты его и поставила. Что с телефоном? – Она пожимает плечами. – Валяй звони. – Останавливаю машину на светофоре, делаю вид, что меня не интересует, с кем она говорит, не волнуют ее оголенные части тела, а также то, в каком она состоянии.

– Эй, Нокс, как насчет того, чтобы зависнуть у тебя? – дует на свою грязную ладонь, морщится и затем вытаскивает несколько подушечек «Орбит» из моего подлокотника.

Сзади раздается пронзительный визг тормозов, звук сигнала, один, затем еще несколько.

– Похоже на съем. Ты продаешь себя, Винни? – у меня ком в горле застрял, а она засовывает в рот подушечки и громко хлопает надутым шаром жевательной резинки.

– Сделай мне одолжение, высади через улицу – и будешь наслаждаться жизнью с Кариной. – Она отворачивается от меня.

– Я уверен, что могу помочь. Если ты позволишь… – останавливаю машину там, где она сказала. Двери все еще заблокированы, не знаю, как объяснить, но хочу, чтобы она еще раз подумала, прежде чем уйти от меня. Винни медленно оглядывается, в свете фонарей я отчетливо вижу ее впалые щеки, неаккуратный макияж и грусть в глазах.