Когда я увижу Звёзды

Коллам, не удержавшись, засмеялась:

– Так ты поверил в эту чушь?! Цинциннати просто одурачила всех, что бы спасти нам жизни.

Майкл слегка улыбнулся:

– Я знаю Цинн дольше, чем ты, Коллам… Она убийца, слегка чокнутая, а ее оружие наводит страх на все подземелье, но что-что, а она уж точно не лгунья.

Лицо Кол омрачилось:

– Тогда, должно быть, это какая-то ошибка…

– Ошибка?! Подумай сама, если бы Маркус не был бы уверен на сто процентов, он бы ни за что не стал бы так морочить себе голову из-за тебя.

Чудовищная реальность обрушилась прямо на голову девушки. Она глубоко вздохнула, поклявшись себе, что не заплачет.

« Это все просто сон»– отчаянно твердила себе Коллам, совсем не желая признавать факты.

Они оказались посреди своеобразной деревни. Но только, если Моника и Джон жили в деревне, где повсюду были деревянные дома, то тут вместо них были палатки.

Майкл повел Кол в самую большую круглую палатку, она была темной, но в ней свободно помещался стол и пару стульев. Маркус Салливан что-то писал сидя за столом. Как такой человек мог быть отцом Коллам?! Кол внимательно посмотрела на него и поняла, что и внешне они совсем не похожи… Разве что, глаза? Но серые глаза Маркуса имели голубоватый оттенок, а глаза Кол были просто серыми, к ним нельзя было подобрать какой-то красочный эпитет, да и кто станет описывать такие обычные глаза как у Кол?

– Я привел ее – произнес Майк.

Маркус кивнул и слегка улыбнулся, взглянув на Коллам:

– Да, я вижу. Можешь идти, Майк.

Майкл покинул палатку и тогда Маркус произнес, указывая на стул напротив себя:

– Присаживайся, Коллам. Надеюсь, в этот раз ты не ничего не выкинешь, типа покушения на убийство самой себя.

Кол усмехнулась, стараясь держаться как можно увереннее:

– Не переживай, Маркус, я никогда не повторяюсь.

– Я очень рад за твою богатую фантазию, но должен предупредить, что все твои друзья у меня. И Фиона с Цинн, и Логан, а еще Моника с Джоном и их маленький сын.

Коллам выругалась, и тогда Салливан продолжил говорить:

– Но вы все должны понимать, что я вовсе не желаю вам зла.