Вирус страха, или Классификация смерти

Он им тоже телеграфировал, ждал их.

– Ой, горе у нас, милый, – и мать дала волю слезам.

Няня хозяйничала на кухне, ведь всё здесь знала – они часто бывали в гостях у брата хозяйки. Накормив детей и уложив спать, они уселись на семейный совет, допустив и бабушку – она уже большая, всё-таки 13 лет. Пригласили и дворецкого, так как он преданный их семье человек и знал обстановку в Киеве. Дворецкий сообщил, что никого из сослуживцев и близких друзей её брата в городе не осталось, некоторые из них приходили домой и спрашивали его.

Остаётся одно: или здесь остаться до весны и дождаться, когда пойдут теплоходы из Одессы до Марселя, или ехать в Москву. Тут влезла в разговор взрослых бабушка, хоть она и была маленькая, но росла довольно умненькой.

– Мама, а помнишь, как мы в Ниццу, во Францию, ехали в гости года два назад? Мы встретились с дядей в Варшаве, они из Киева приехали на поезде, а мы из Москвы.

– Да, доченька, помню. Какая ж ты у меня умная. Надо нам ехать отсюда в Варшаву. А оттуда – через Германию во Францию к брату.

Господи, как ты надоумил моего брата там дом купить? А мой муж всё не хотел. «Зачем нам нужна недвижимость за границей? – всё говорил. – Я из России ни ногой». И спорили с братом всё.

– Они ж друзья были великие, барыня, – дворецкий улыбался, вспоминая споры этих умнейших людей, совести России, тех, кто сделала страну великой.

– А ходят сейчас поезда? – практичная няня прервала воспоминания дворецкого.

– Я даже не знаю, – дворецкий задумался. – Надо на вокзал пойти узнать.

– Царство Польское ещё пока в составе Российской империи, хотя и австро-венгры там сидят, – рассуждала вслух няня, – но ходят слухи, что они сегодня-завтра покинут Россию. Не хотят, не любят нас, хоть мы им столько сделали хорошего.

– А вы откуда так информированы? – мама с удивлением глянула на няню.

– А я в нашей квартире газету читала, что эти молодые революционеры приносили. Зинаида решила в неё селёдку завернуть, а я не разрешила – думаю: ещё заругают за свою газету, – вырвала у неё из рук и прочла.

– Может, и враньё там – что они, эти революционеры, писать могут? – дворецкий с недоверием посмотрел на няню.

– Тогда давайте так: может, и на этот раз нам повезёт. Начальник вокзала остался прежним, так он и брата, и мужа знает и помнит, и нам поможет. Завтра с утра пойду всё разузнаю.

– Я с вами, одну не отпущу, – решительно сказал дворецкий и отправился готовить ванну для барыни (как ни странно, но вода была).