Вирус страха, или Классификация смерти

Как можно обойти белогвардейские войска, которые заняли основные железнодорожные станции? Говорят, что есть старые пути?

– Увольте, господа, но я не инженер-железнодорожник. Я только финансовый инспектор. Может быть, вам стоит найти главного инженера?

– Это мы и без вас знаем. Его уже ищут по всему Петрограду и не могут найти. Все специалисты вашего министерства удрали или спрятались. Собирайтесь. А там видно будет.

– Хорошо, – отец понял, что спорить с ними не имеет смысла ради безопасности своей семьи. – Я и не собирался прятаться или убегать.

Вдруг один из солдат обратился к дородной кухарке Зинаиде:

– А вы что здесь делаете? – указал он штыком на её дочь, пугливую девицу Полюшку.

Полюшка вздрогнула и запричитала.

– Мы работаем у них. Я кухарю, слежу за всем. А моя дочь, – Зинаида приобняла Полюшку, – убирается, помогает мне.

– А, прислуживаете буржуям! Вот рабское отродье! Пусть сами работают, – солдат с ненавистью глянул на мать.

– Они хорошие, нас не обижают, – заплакала Полюшка.

– Хватит на них работать, езжайте к себе. Откуда сами? – солдат устроил им допрос.

В просторном вестибюле квартиры остались бабуля со своей мамой, Зинаида с Полюшкой и солдат. Комиссар ушёл с отцом в кабинет. Видно, поэтому солдат разошёлся, хотел власть свою показать.

– Да мы из Подмосковья, из деревни Грязево, что на Истре, – бедная Зинаида покраснела вся. – Чего ты нас гонишь? Работаем и работаем. Нам здесь хорошо.

– К себе езжай, ясно? Эту квартиру советская власть отберёт у этих буржуев.

Мама бабушки стояла молча и держала её за руку. Вышел отец бабушки, одетый в свой мундир чиновника железных дорог, с какой-то папкой в руках, следом за ним комиссар. Отец подошёл к жене и дочери, поцеловал обеих и тихо сказал, и в его голосе была такая беспроглядная грусть:

– Милая, если меня не будет больше трёх дней, собирай детей и езжай к своим родителям.

Бабушка всё это слышала. Комиссар торопил отца.

– Что это вы прощаетесь? Завтра уже будете дома.

Но на следующий день отец не пришёл. Зато после обеда появилась живописная группа во главе с нашим дворником Никодимом.

– Вот они, – Никодим услужливо говорил какому-то мужику в тулупе.