Случайные напарники

– Я уверена, что никаких пересмотров не будет, а в чем дело? Ты хочешь сказать, что готов предложить Дарине брачную партию?

– Да, – он немного помедлил, прожевывая кусок рыбы и продолжил, – знаешь, для меня стало открытием, что в империи представитель древнего рода может предложить руку и сердце девушке из небогатой семьи и Регина этому не будет противиться. Хотя за красоту, доброту и мудрость Дарины можно не смотреть на финансовое состояние ее семьи, все перечисленные качества – самый важный капитал, мне так кажется.

– Гелеон, для тебя обязательно найдется хорошая девушка, – только и сказала я, чтобы подбодрить юношу.

– Со временем, конечно, найдется, – он задумчиво улыбнулся, – сейчас главное выполнить данные обещания. Вопрос: как это сделать?

– Не спешите что-либо предпринимать, – вмешался в наш разговор молчавший Томас, – всему свое время. Сегодня отдыхаете, а завтра встретитесь с лордом Кареном и узнаете, чего ждут от вас.

– А когда появится хозяин дома? – спросил юноша. – А то мы вселились в дом, ужинаем, но без него. Как-то неудобно.

– Он отлучился по делам, и года не пройдет, как вернется. По вашему поводу распоряжения отданы, и он знает, что вы должны прибыть сегодня, – успокоил его Томас и поинтересовался, – а почему ты выбрал именно Академию магических искусств? Я правильно понял, что раньше ты жил в другой стране?

– Да, я приступил к учебе с этого семестра, дед настоял на Академии магических искусств.

– Тогда что тебя тревожит? – спросил домоправитель.

– Наше посвящение. Мы ведь до сих пор не знаем, почему в лабиринте Изиды оказались я и адептка со второго курса, а Видана попала в него, приступив к поискам малышки Элизы. Меня угнетает состояние неопределенности, оно страшнее всего.

– Если только это, то все узнаете от хозяина, как он вернется, так и расскажет, что известно на сегодняшний день. Одно могу сказать: пока не выяснили, кто упрятал вас в лабиринт, понятно только, что вы все трое должны были погибнуть.

– А я бы и погиб, не окажись там Виданы, – произнес Гелеон и, о чем-то вспомнив, обратился ко мне, – слушай, а почему голос сказал, что я смертельно ранен? Целый месяц об этом думал по ночам.