Волшебный ключ

– Потрясающе, – подумала я, – двух из этой троицы я, похоже, немного знаю, но что-то подсказывает мне, что и Ядвига – это нечто знакомое, а не леди Изольда прячется под этим именем? Она много сил и времени приложила для изучения данного направления магии и не только в Академии. Уже интересно, пора и вопросы задавать.

Дверь бесшумно отворилась. На пороге появился худенький, неприметного вида юноша. Но внешность обманчива, он мог быть и достаточно взрослым мужчиной, просто мелкий котейка – до старости котейка.

– Леди Видана, лорд Ольгерд просил передать, что если у Вас возникли вопросы, берите папку с делом и следуйте за мной, – сказал он.

– Да Вы вовремя, спасибо, – подтвердила я и, аккуратно сложив свитки, отправилась вслед за ним.

Мы шли по коридору Тайной канцелярии, стояла тишина. Поворот, другой, и мы оказались у двери кабинета, на которой висела табличка «Зал совещаний». Мой проводник толкнул дверь, и входя вслед за ним, я оказалась в просторной комнате, посередине которой располагался большой овальный стол. На стене, слева от двери, огромная доска во всю стену. Окон не было, стены зеленовато-серого цвета, на них висели мужские портреты, наверное, бывших руководителей Тайной канцелярии, особенно выделялся один портрет – Армана Тримеера, а также карты столицы и империи.

За столом сидело несколько мужчин, перед которыми лежали свитки, карандаши, перья. Лица возбужденные, было видно, что обсуждение в самом разгаре, и, кажется, мы прервали горячий спор. Увидев входящих, они с изумлением уставились на меня.

– Видана, – раздался звучный голос главы Тайной канцелярии лорда Рэндела Никсона, сидевшего во главе стола, – как ты можешь такое терпеть? Твой попечитель совершенно потерял совесть, в выходной день вытащил юную леди и куда – в Тайную канцелярию.

– Я думаю, – насмешливо произнес Вулфдар, уже знакомый мне по допросу, – как лорд попечитель, так и его подопечная, адептка Берг, совести не имеют совсем, одним словом, родственники.

– Добрый день, лорды, – поздоровалась бессовестная адептка и прошла к не менее бессовестному попечителю, стул рядом с которым был свободен, который она и заняла.