Леди Непредсказуемость

 – Вам понравилось зрелище, не правда ли? Решили убрать конкурента?

– Вы же не любите Гиена, – лорд Сент-Жен поднялся на пару ступеней вверх, – я это чувствую. Сейчас Вы ощущаете печаль, но Вы его не любите.

– Нет, я его не люблю, как, впрочем, и Вас. Однако мне сложно понять, как можно сидеть и смотреть, когда на твоих глазах убивают человека, даже если он не нравится.

– Он убил Вашего супруга, – напомнил мне лорд Аллан, – так почему Вам его жалко?

– Лорд Гиен убил моего супруга, но Вы-то здесь при чем? Его же на Ваших глазах убивали.

У окна в парадной замка стоял Патрик и смотрел на улицу, пока я раздевалась и убирала вещи в шкаф, он молчал, но стоило мне только закончить с этим и сделать шаг в направлении лестницы, ведущей наверх, произнес: «Видана, он принял облик совы и улетел, но меня берут сомнения, что насовсем.

– Патрик, а зачем? Что ему это даст? Скорее всего, он отправился в обратный путь, чтобы доложиться лорду Делагарди о том, что я жива-здорова. Пойду к себе, мои повелители должны проснуться.

– Уже проснулись, с ними девчонки тетешкаются. Может, мне утром улететь? – предложил он. Я воспротивилась, – не нужно. Мы не одни, все в порядке, а тебе нужно отдохнуть и набраться сил перед экзаменами.

Я поднялась по лестнице, не встретив по пути никого, а когда вошла в комнату, то обнаружила, что Алиса с Яниной перепеленывали мальчиков, а Элиза, собрав мокрые пеленки, готовилась отнести их в прачечную.

– Вот и мама пришла, сейчас кормить будет своих крикунов, – покачивая Армана, приговаривала Алиса, – уж очень они распереживались, что тебя все нет и нет. А нам пора собираться в путь-дорогу, сейчас Дарина появится.

Через полчаса адепты улетели, дав слово, что в скором времени вернутся, а лорд Сириус решил отправиться в Академию на другой день с утра пораньше.

– Янина, давай примерим платье, я сметала, если все в порядке, буду сшивать, – предложила бабушка, дед и лорд Герн обсуждали книгу, а я направилась на кухню, нужно было сделать мазь от ожогов.

– Молодежь улетела? – уточнила Халли и немного опечалилась. – Жаль, когда много народу, так хорошо.