Любить Джейсона Торна

Они окинули друг друга враждебными взглядами, когда Маркус вошел в комнату, а Люси вышла. Дело не в том, что Люси ненавидит Маркуса как человека – вообще-то они дружили даже дольше, чем мы с ней, – она просто ненавидит тот факт, что Маркус бросил меня из-за того, что считал, что я слишком много времени провожу с вымышленными персонажами, создаваемыми мною. Он никогда не думал, что мою книгу опубликуют, не говоря уже о том, что я стану успешной с первой попытки. Честно говоря, я тоже, но дело не в этом.

Закрыв дверь, он скрестил руки на груди и облокотился на стену, безмолвно наблюдая за мной. Когда ему что-то не нравилось, он всегда так делал. Всегда пялился на тебя до тех пор, пока ты не скорчишься на своем месте, после чего наконец-то открывал рот, чтобы ты узнал, что произошло.

– Это именно то, чего ты хочешь в будущем, Лив?

Ох, а еще он никогда не называет меня моим полным именем! Он считает его нелепым.

– Что ты имеешь в виду?

– Шар сказала, что сегодня ты пропустила занятие.

– Да, – тихо произнесла я. Любопытно, к чему он ведет? – У меня была встреча.

– Именно это теперь важно для тебя? Ошиваться вокруг кинозвезд и визжать на пару с Люси?

– Я знаю одну кинозвезду, Маркус, только одну, и Джейсон, настоявший на том, чтобы подвезти меня домой, вовсе не похож на кучку кинозвезд, вокруг которой надо ошиваться. Как я уже и говорила, мне было семь, когда мы познакомились с ним. Он был другом моего брата. Ему едва исполнилось тогда одиннадцать или двенадцать.

Интересно, сколько еще раз мне придется солгать с невозмутимым выражением лица, прежде чем закончится этот день? Но это не совсем ложь, да? Ведь он видит во мне сестру. Только мое глупое сердце все еще не хочет в это поверить, раз я все еще переживаю по поводу того, что Маркус подумает обо мне.

Несмотря на то, что Люси и Шар думали по поводу того короткого года наших отношений, я была сильно увлечена Маркусом. Он умен, был заинтересован во мне, уверен в себе и имел представление о своем будущем, частью которого я хотела быть.

Казалось, мы подходим друг другу, пока он не решил переделать меня и превратить в того, кем я никогда не собиралась становиться.

Он приподнял бровь.