На голубом глазу

Облокотившись руками о столешницу, скрестив пальцы под подбородком (я думала из-за веса ее наклеенных ресниц, она боялась перевалиться за стойку) сотрудница пояснила, – вы полностью отдаётесь…

–… патологоанатому.

–… отдаетесь нашему мастеру по архитектуре тела! И он вас создаёт! Мы окунаем вас в перерождающий уход очищения, – загибала она то-ли пальцы, то-ли ногти. И то и другое было одинаковой длины, сантиметров по десять. – Вы рождаетесь лучшей версией себя! Шестнадцать часов программы, стоимостью от ста девяноста тысяч.

– Сто девяносто! За СПА? Да этой суммы хватит на первый ипотечной взнос! – вышла я из роли «постоянного ВИП клиента».

– Вы пришли к нам, и мы о вас позаботимся!

– Мне нужен комплекс и укладка, – откусила я от макаронины из мендальной муки по вкусу точь-в-точь печенка из палатки возле электрички. – У меня сложные волосы, – рассматривала я свисающую со лба прядь-гармошку, – что с такими можно сделать?

Краем глаза я повернулась к выложенной из зеркально плитки стенке, прикидывая, какую перестройку предложит архитектор шевелюре рыжих кудрей, которые я всеми способами стремилась распрямить.

– Все что душе угодно! Архитекторы сотворят магию. Вы уже выбрали специалиста?

– Неону, – выбрала я максимально дешевую девушку, помня, что до зарплаты еще две недели, а я уже потратилась на дорогущую поездку в элитный турецкий отель и прикид для элитарной свадьбы. Изумрудное платье в пол с разрезом от пука ожидало своего часа.

Вылет завтра.

Когда еще полечу на свадьбу к подруге в Стамбул? Но прежде, мы с Линой (тоже подружкой невесты), проведем неделю на побережье Анталии в пятизвёздочном отеле.

Немного моря, загара и беззаботного отрыва для блеска в глазах, а потом и свадьба.

В ожидании перевоплощения, в голове вертелись образы Дианы Цветковой. Прекрасной орхидеи. В потоке нашей группы было много девушек, больше тридцати, но во всем этом букете Цветкова солировала основным соцветием – она была мифическим цветущим папоротником, который размножается спорами, но легенды о нем слагают новые сказания и бередят ума деревенской детворы, мечтающей найти цветок папоротника в день Ивана Купалы.