Молчи о нас

Она любит выставлять мне напоказ свои "прелести", цепляющие чисто физически, но уже не так, как когда-то.

Сейчас же что-то в легкости движений Маши завораживает настолько, что я подвисаю. Она делает все так ловко. Выключает чайник, приподнимается на носках к верхнему ящику за чашкой, и я невольно обращаю внимание на оголившийся участок кожи спины с двумя ямочками. Белые шорты сидят низко, очерчивая привлекательные формы.

Ставит чашку на стол, движение рукой, и в ней оказывается кофе, потом сахар. Босыми ногами делает два шага к плите и, помешав что-то на сковороде, вдруг наклоняется, чтобы заглянуть в духовку.

Но причина реакции тела вполне объяснима. Сейчас, при бьющем из окна солнечном свете, я могу более детально рассмотреть дочку Ивана. Хрупкая миниатюрная фигура, светлые волосы, собранные в небрежный пучок, но мелкой я вчера назвал её зря. У девчонки все при ней и сзади, и спереди.

Оттолкнувшись от косяка, вхожу на кухню и тут же сажусь к столу, дабы не выдать своего несвоевременного "утреннего коллапса".

– Вы уже проснулись, – заметив меня, констатирует с улыбкой Маша.

– Да, не думал, что ты окажешься здесь раньше меня.

– А я исправляюсь. Вот кофе, – передо мной опускается чашка с ароматным напитком, – яичница с колбасой, и буквально вот-вот будут готовы булочки.

Маша снова разворачивается ко мне спиной и заглядывает в духовку… Булочки, говоришь?

В памяти яркой вспышкой выстреливает момент, когда после последней сессии Иван приехал ко мне в общагу и выгрузил на стол целую сумку с домашней выпечкой Илоны, фрукты, колбасу и шесть банок пива в честь окончания университета. Совесть задирает голову и тычет пальцем в дочку человека, сделавшего для меня столько, сколько сделал бы для родного сына… А я пялюсь на нее, как на кусок той самой булки… Становится тошно от самого себя же.

Хватаю чашку, чтобы сделать несколько глотков обжигающе-горячего кофе, и принимаюсь за завтрак, который оказывается довольно неплохим. Со специями, как я люблю. Маша садится напротив, держа в ладонях большую белую чашку, наполненную кофе с молоком.

– Надеюсь, у Вас получилось выспаться? – спрашивает, заставляя меня поднять на неё взгляд.

– Да. Я всегда сплю как убитый.

– Везёт Вам.

– Тебе, Маш.