Молчи о нас

Несмотря на то, что он оделся, от разгоряченного тела исходит жар, окутывая меня собой, как коконом, – забыла попросить маму принести мне вещи.

– Скажи какие, я принесу.

И позволить ему увидеть беспорядок в моем шкафу? Еще и нижнее белье на одной из полок?

– Я сама ещё не знаю, что надеть. Придется подниматься в любом случае.

– Ну пойдём, – Дамир как ни в чем не бывало обхватывает мою руку так, чтобы я могла на нее опереться, а меня как будто током бьет от такого простого действия.

– Да не надо, я справлюсь, – пытаюсь забрать пальцы из захвата, через секунду понимая, как глупо выгляжу.

Мужчина усмехается, но меня все же отпускает. Опирается плечом на стену и складывает руки на груди.

– Ну давай, справляйся. Если что, я здесь. Это так, на всякий случай, вдруг понадобится, – в низком голосе различаются смешливые нотки.

Чёрт! Кто меня дёргал вообще? Сейчас бы спокойно шла, держа Дамира за руку, но нет же.

Выдавив из себя улыбку, обхватываю поручень рукой, а второй тянусь к стене, чтобы найти ещё одну опору.

– Я все ещё здесь, Маша, – насмешливый голос звучит совсем поблизости.

Но не просить же теперь его после того, как сама вырвала руку.

– Всё в порядке. Почти не больно, – если бы только ложь имела свойство становиться правдой.

Третий шаг наверх даётся с таким же трудом, как и предыдущие. Зачем нам в доме вообще нужна лестница? Никогда не задумывалась над этим вопросом, а теперь понимаю, как везёт тем, у кого только один этаж.

Сжав зубы, уже заношу ногу для следующего шага, когда вдруг меня сзади уверенно подхватывают, а моя ладонь снова оказывается в крепком захвате Дамира.

– Не могу больше смотреть на эти потуги, – говорит, буквально приподнимая меня над ступенями. – Ты упрямая, да, Маша?

Начинаю улыбаться как дурочка, оказываясь снова во власти мужчины, на которого не страшно опереться.

– Да, – признаю этот факт.

– Хорошая черта, но не всегда. Сейчас можно было бы и не ерепениться.

– И показать свою слабость? Нет, спасибо.

– Лучше терпеть?

– Ведь долго не пришлось, – пожимаю плечами, сжимая подставленную ладонь.

– Упрямая, гордая и хитрая, – хмыкает Дамир, обжигая своим дыханием мой висок.

– Не хитрая.