Давай останемся никем

А брать тех, кого в любой момент могут забрать кровные родители обратно, наши родители не хотели. Оставался только этот Скайлер и девочка двенадцати лет, чьих родителей посадили за убийство. Выбор пал на Скайлера. Пока мы были в Европе, родители уже несколько раз с ним встречались, прежде чем оформить документы официально.

Боже, если бы я только узнала его раньше, я бы сделала все, чтобы они усыновили кого угодно, кроме него… Чего теперь ждать? Он захочет вынести вещи из нашего дома, или…?

Провожу глазами проходящих мимо маму с парнем и резко отхожу в сторону, будто он носитель чумы.

– Ну что, Лив, как тебе Скайлер?

Отец обнимает меня за плечи и ведет в сторону гостиной. Растягиваю губы в фальшивой улыбке, а у самой пульс зашкаливает.

– Вроде ничего. Постараемся подружиться.

– Уж постарайтесь. Зак, я и тебе это говорю, – не отрывая от меня взгляда, поднимает тон отец, привлекая внимание старшего сына.

– Зачем? Создать иллюзию счастливой семьи, как это делаешь ты?

Папа резко останавливается и шумно выдыхает, заставляя при этом тормознуть и меня.

– Я вообще-то человеку новую жизнь обеспечил.

– Чтобы обеспечить тем самым себе дополнительные голоса в сенате.

– Послушай меня, щенок, – не выдерживает обвинений папа, – держи свои умозаключения при себе. И не лезь куда тебя не просят, не дорос ещё выводы делать.

– Пап, не обращай на него внимания! – я хватаю отца за локоть и тяну на себя, при этом полоснув брата гневным взглядом.

Зак отталкивается спиной от стены и взбегает вверх по ступеням, предоставляя нам возможность услышать, как громко хлопает дверь его комнаты.

Я стискиваю зубы. Только на этот раз не из-за его выходки, а оттого, что сама в полной растерянности. Папа с мамой такие счастливые, думают помогли хорошему парню, столько сделали, чтобы официально принять его в нашу семью.

Если бы они только знали, чем он занимался, или всё ещё занимается.

Может стоит им всё же рассказать? И тогда что? Они его прогонят, вернут в интернат.

Глава 2

Оливия

Взбегаю наверх и запыхавшись влетаю в свою комнату. Опираюсь спиной на дверь. Грудная клетка сдавлена так сильно, что вдох сделать тяжело.

Комната Скайлера находится в другой части этажа, но легче от этого мне не становится.