Стелла

Сразу на пороге – разбросанные ботинки, рядом советский шкаф, потертый от времени, напротив – обычное, большое квадратное зеркало.

И тишина…Тишина была такой кричащей, что слышишь только её, больше ничего. После прихожей – непроглядная темнота. Но туда-то мне и надо, видимо это коридор, как в коммуналках, длинный довольно-таки… Свет от прихожей доходит лишь до ближайшей двери в комнату. Надо проверить.

Когда я уже шагнул в сторону двери, инстинктивно обернулся, чтобы посмотреть, не захлопнулась ли она.

Конечно, толкать ее некому было, но здесь было жутко. И я заметил кое-что. Две железных коробочки, друг напротив друга, установленные вверху двери. Снизу коробочек виднелся какой то механизм – шестеренка с каким-то приводом, часть ремня виднелась из-под кожуха, всё это выглядело абсолютно новым. Это еще что такое…?

– Эй… – шепотом донеслось из комнаты, в которую я хотел войти. Не раздумывая, я вскинул пистолет и откинув локтем дверь, влетел внутрь.

На полу, рядом со старой кроватью, лежал человек.

Быстро оглянувшись и убедившись, что в комнате больше никого нет, я подошел к человеку поближе.

Похоже, это и был Юра, участковый. В темноте блеснули на порванном кителе капитанские звёзды на погонах, несло от него, как от бочки с прокисшим сидром. Хотя, скорее не совсем от него, а от зловонной лужи рядом с ним – его желудок не выдержал раньше, чем мой, благодаря спиртному, от которого по квартире тоже шел стойкий аромат.

– Ты кто…? – удивлённо уставился он на меня.

– Слушай, я из Москвы, что тут у вас…

– Тихо!!! – Юра приложил палец к губам, несмотря на его состояние, выглядел он весьма озабоченно. И напуганно.

Поначалу я чуть не взорвался, хотелось просто оттащить эту пьянь в ванную и окунуть в ледяную воду, но вдруг услышал из прихожей какие-то механические щелчки. Я было двинулся посмотреть, но Юра уже поднялся на ноги, положил мне руку на плечо и снова приложил палец к губам, сделав «Тсс!» и обдав меня перегаром.

– Тихо блять! Может, пронесёт… – взволнованно произнес он шёпотом, снова обдавая меня парами местной забегаловки.

Шелчки становились всё громче. И начался какой-то механический гул, словно везде, по всему дому. Пол задрожал, стекла истерически задребезжали, будто вот-вот – и треснут. От вибрации меня качнуло, и я приземлился на кровать. Юра стоял, но держался за какой-то шкаф, он что-то говорил, но я не слышал.