Свобода не любить

– Маятник, – женщина держала в руках что-то вроде кулона на цепочке, похожего на узкий наконечник стрелы, – самый простой инструмент предсказателя. Вы не раз видели его у гадалок и даже обычных магов. Несмотря на его примитивность, это весьма действенный инструмент в руках даже у самого пропащего мага. Но с маятником нужно научиться работать, причем каждому индивидуально. Хрустальный шар, – преподавательница взяла оный в руку, – тоже весьма распространенный инструмент. Однако управлять настоящим, провидческим шаром нельзя, если нет соответствующих способностей.

Сокурсники задавали вопросы, Айлла же как-то сразу замечталась. Синее платье, белая карета, мужчина в форме, ужин при свечах, вершины гор, широкая постель и страсть до утра.

– Госпожа Новейн, – вырвал ее из грез голос преподавательницы, – попробуйте все же ваши мечты увидеть именно в шаре, а не в воображении.

Девушка спохватилась, что сидит, подперев голову ладонью с самым что ни на есть простецким видом, еще и улыбается дура дурой.

– М-да, – «жрица» скептически рассматривала идеально прозрачный шар, – даже дымкой не подернулся. Странно…

– Я и не думала, что у меня есть провидческие способности, – чуть уязвленно пожала плечами Айлла.

– А я бы не удивилась. И это странно…

Демоница вопросительно посмотрела на магичку.

– Странно то, – пояснила женщина, – что ясновидения нет, а представили вы все верно.

Пророчица подмигнула ошарашенной Айлле и пошла дальше. Девушка же поймала полный ненависти взгляд Дрины и усмехнулась. В конце концов, кроме постели есть еще стол, стены и даже ковер…

Карета оказалась черной. Вполне обычной, если подумать, но при этом неуловимо… качественной. Айлла не могла объяснить свое впечатление, разве что когда двинулись – мостовая вообще не ощущалась. Да и отделка внутри – мягкий бархат, подушки, все такое новое, и ни пылинки! Кстати, кучер не в военной форме, что бы это ни значило.

– Госпожа… – Дверь открыли и помогли выбраться, что не лишено было смысла – Айлла не удержалась от каблуков, таких неустойчивых на ступеньках кареты, особенно с учетом длинного платья.

В форме этот мужчина впечатлял, в черном вечернем костюме был неотразим.

– Очарован, – Итвальд Наенги склонился и коснулся губами ее ладони.