Медленная река

Глядя на мои слезы, Люк сначала говорил, как он меня до сих пор любит и хочет поддержать, а затем, брызгая слюной и скаля зубы, кричал, как сильно я порчу его жизнь и что с девушкой, как я, никто не захочет связываться. Он утверждал, что я не несу в мир ничего, кроме негатива, и я с содроганием вспоминала прошлое лето, когда в ответ на такие фразы пыталась быть более позитивной, веселой и доказать ему обратное. Последней точкой для нас обоих стали мои фотографии в белом лифе и джинсах в инстаграме. Наверное, в тот момент, когда он снова стал посылать мне проклятья и называть шлюхой, я поняла, что либо сейчас заблокирую и вычеркну его из своей жизни, либо никогда.

– Спасибо, Бренда.

– Знаешь, что всегда казалось мне странным? – тихо сказала она.

– Что?

– Почему Люк так часто бросал тебя, но каждый раз, стоило тебе согласиться с его решением расстаться, он тут же шел обратно?

– Не знаю, ты спрашиваешь у меня? Спроси у него, – вздохнула я.

– Вот уж нет! – Бренда засмеялась. – Не хочу иметь с ним ничего общего! Как вспомню, когда однажды, после расставания, он преследовал тебя, караулил у дома и возле работы, отправлял сообщения с левых аккаунтов! Жуть.

Тихий вибрирующий звук уведомил меня о сообщении. «Не знаю».

– Не знаю.

– Что?

Обратив внимание на вопросительный взгляд Бренды, Эбби сняла наушники и посмотрела на меня.

– Джеймс написал, что не знает.

– Черт, ты уверена, что вам стоит общаться? – Бренда выразительно скривила губы, блестящие от маслянистого соуса.

– А где твои любимые кожаные скинни? – удивилась я.

Бренда замялась с ответом, нервно сжимая штаны в руках.

– Я их выбросила, – нарочито небрежно произнесла она. – Итан сказал, что я похожа в них на скелета из Техаса.

– Почему на скелета? Они же тебе так нравились.

Девушка пожала плечами, кинула джинсы обратно в шкаф и продолжила работать. Интересно, что об этом думает Эбби? Я пытаюсь поймать ее взгляд, но та, очевидно, вообще не замечает нашего с Брендой диалога и думает о чем-то своем.

– Я вообще не считаю, что тебе стоило писать Джеймсу снова, – сказала Эбби, наконец, через несколько минут. – Он так негативно отреагировал в первый раз, мне даже показалось, что он посмеялся над твоей слабостью.