Достань рукой до радуги. До бесконечности…

Со всем уважением. Бандиты». Я сложил её и, выйдя к лестнице, положил записку на стол, пока Эштон крутился в других комнатах.

Я быстро убежал в засаду и стал ждать реакции. Эштон быстро вернулся и, как только собирался убегать, заметил записку. Прочитал её, его лицо было бесподобно.

– Твою ж бабушку, – сказал Эштон и сел на стул, – доставай коньяк.

Я вылез из убежища и лёг на пол от смеха.

– Боже, твоё лицо! – сказал я и продолжил смеяться.

– Это не смешно.

– По-моему, это очень смешно!

– Нет!!!

Я заметил, что Эш реально был напуган.

– Ибо нехрен было уезжать.

– Это тебе урок.

– Да-да-да.

– И вообще, как ты домой попал так быстро? Я доехал до перекрёстка и повернул назад за тобой. А когда вернулся, тебя там уже не было. Серьёзно.

– О боже, бедный амбальчик испугался за меня, – сказал я с сарказмом и в шутку погладил Эша по голове, – ну не волнуйся, я живой.

И тут меня опять распёр смех. Я думал, он заплачет, честное слово.

– Так, слушай меня, чтобы больше такого не делал, ясно?

– А то что? Поседеешь? Хотя куда больше-то!

Я опять начал смеяться.

– Всё, тебе хана.

– В смысле?

После этих слов Эш вскочил и, перекинув меня через плечо, побежал на улицу.

– Эштон, блин, отпусти! – орал я и бил его по спине. Но сейчас я выглядел, как мешок с картошкой. Серьёзно.

– Ха, и не подумаю.

– Эштон, куда ты меня тащишь?!

– Скоро узнаешь.

– Блин, сейчас четыре часа утра, холодно, и я хочу спать, немного…

Но, видимо, Эшу было всё равно на мои слова, он шёл и ржал.

– Так, всё, отпускай!

– Ну, как скажешь, – произнёс Эш и после этого скинул меня… в пруд!

Я начал вопить, как девочка. Вода была очень, очень холодной! А ещё тут плавали какие-то утки и рыбы! Я упал к уткам в пруд!

– Ты покойник! – проорал я, когда вынырнул.

Эш всё так же продолжал ржать надо мной. Только потом я понял, что у меня на голове висит огромная ветка водорослей.

– Всё, капец тебе, – я попытался встать, но на дне было много слизи и грязи, поэтому я просто упал ещё раз в воду, причём носом вниз.

– Блин, Крисс, над тобой даже утки смеются, – сказал Эш и ушёл в дом, оставив меня одного в воде, с утками, рыбой и водорослями на голове.

Я ещё долго ничего не мог сказать, потому что у меня был шок. Вроде как я хотел быть в ударе, а получилось, что Эш, причём дважды. И как только я хотел встать, ко мне в джинсы заплыла какая-то неведомая хрень.