Вниз по течению. Книга вторая

– Зачем я с ним спала? Да затем, что захотелось! Я – молодая здоровая женщина… на тот момент по крайней мере была здоровая… И мне иногда хочется секса, представляешь?

– Но почему с ним?! Почему… – Клим прикусил язык в последний момент, но Натка закончила вопрос за него:

– Почему не с тобой?

– Да! – казалось Клим готов затопать ногами, – Да, чёрт бы тебя побрал, почему не со мной, если уж тебе тупо хотелось потрахаться?! Я, как последний алень, два месяца тебя окучивал, а этот… этот… припёрся на всё готовенькое!

Натка было набрала в грудь воздуха, чтобы, как и в прошлый раз указать Климу чем он далеко не в лучшую сторону отличается от Славы, и это наверняка привело бы к очередной очень некрасивой ссоре, но вдруг почувствовала такую тоску по дурацким своим несбывшиеся надеждам, что неожиданно для себя сказала правду.

– Потому что мне хотелось не тупо потрахаться. Мне хотелось именно его. Его, а не тебя, понимаешь? Он мне понравился сразу, когда я ещё даже лица его не видела из-за бороды той дурацкой… Помнишь, он посадил меня на колени, когда приезжал Дедом Морозом? Я уже тогда почувствовала как…

Натка осеклась, не в силах подобрать слова, а Клим пялился на неё, отвесив челюсть, и какое-то время в избе царила тишина, нарушаемая только гудением огня в печи.

– Я ведь не ждала, что он отнесётся ко мне серьёзно, я своё место прекрасно знаю и помню. Но и такого не ожидала. Даже не предупредил… Я там, в лабе, пока ещё могла соображать, представляла, что он придёт.

– Ты и так всё выдержала, – помолчав, отозвался Клим, – А то, что запала на холёного… так все бабы дуры. И не потому что дуры, а потому что бабы. Натура ваша такая – западать на кого не надо.

– Я не запа… – начала Натка, но замолчала, не договорив. К чёрту! Клим всё равно уже считает её дурой, так какой смысл отпираться?

– Запала-запала! И выглядишь теперь, как жопа из кустов, не от тестов, а потому что тебя так кинули.

Клим сделал несколько шагов вперёд, приблизился к Натке, неловко погладил её по плечу.

– Это ничего, всё пройдёт, отогреешься. Ты прости, что тогда наговорил тебе всякого. Я думал, у тебя шкурный интерес, что просто хочешь к халатам поближе быть, как наш поп.