Вниз по течению. Книга первая

– Слышь, Наточка, а закуски-то и нет! Не рассчитал я…

– Да ладно, не надо! – она не сводила глаз с початой бутылки водки зажатой в волосатой мужской руке, но Влад затряс головой.

– Не могу я так! Некрасиво оно, да и тебе всяко нужно поесть. Вон – в чём душа держится! Знаешь, что? А давай-ка я, пока не накатил, метнусь в круглосутку, на машине тут быстро! Куплю чего повкуснее, вернусь, а тогда и по-человечески отдохнуть можно будет.

Он многозначительно подмигнул, но Натка не обратила на это внимания – её накрыло приступом отчаяния.

Но Влад оказался мужиком с пониманием. А может просто хотел, чтобы к его возвращению пьющая, а потому наверняка доступная девица, уже дошла до нужной степени доброты.

– Ты вот что, – он широко шагнул к Натке, поставил бутылку у её ног, – Поправься пока, а я мигом! И чувствуй себя как дома, лезь с ногами на диван – быстрее согреешься.

Обрадованной Натке не пришлось предлагать дважды, она скинула промёрзшие насквозь ботинки, поджала под себя ступни-ледышки, и тут же, не дожидаясь пока Влад уедет, свинтила крышку с вожделенной бутылки, приложилась к ней, сделала жадный глоток. А чего стесняться? Если уж ей и радушному хозяину гаража предстоит ночевать вместе, то пусть он сразу видит с кем связывается.

Влада не смутила её торопливость, скорее даже обрадовала.

– Вот это по-нашему! А чего ломаться-церемониться, мы люди простые, ага?

Натка сделала вид, что не поняла намёка, нахохлилась, сунув руки под мышки, прислушиваясь к ощущениям внутри. Желудок водку принял, рвотных позывов не последовало, хоть она и подозревала, что это просто эффект неожиданности – организм ещё не отошёл от шока, вызванного переохлаждением и у него не было сил сопротивляться новой напасти.

Влад протопал к дверям, за которыми оставил машину, но уже взявшись за ручку, оглянулся.

– А родители-то у тебя есть? – спросил совсем другим тоном, без капли прежней игривости.

– Нет, – машинально ответила она, не успев задуматься о причине такого несвоевременного вопроса.

И почувствовала неясную тревогу, увидев в глазах мужчины промелькнувшее облегчение, которое он поспешил спрятать.

Пить в одиночестве всё-таки легче.